Автор
В затаенном доме-кристалле и с грозным видом мелькают дневные приключения девятилетних близнецов. Сумасшедшая семейная история скрывается за заброшенными огородами и таинственным кристаллом, а сюжет стремительно загадочно обрастаёт новыми подробностями с каждой страницей....
Хотите неприятностей? Итара Кэбот их вам обеспечит.
Глава 9
Соседство
«…и был первый день от начала времен. И создал Семиликий небо и землю, воду и свет, время и вес. И отделил свет от тьмы…»
Я сидела на подоконнике с чашкой чая, укутанная пледом, и с нетерпением ждала часа расплаты.
«…и пришел день второй. Создал Семиликий твердь посреди воды. На третий – растения. На четвертый – светила в великих небесах. На пятый – рыб, пресмыкающихся и птиц…»
Серое сонное небо еще не прорезали первые лучи солнца, а мой личный будильник уже вскочил на забор, хлопнул черными крыльями и разразился мерзким визгом:
– Ку-ра-ре-ру!
В этот раз звук вышел до того омерзительный, что даже меня передернуло.
– Ку-ра-ре-ру! – повторил на бис исполнитель.
«…и пришел шестой день. И были созданы звери, домашний скот и человек…»
Дверь вагончика распахнулась.
– Хватит орать! – рыкнул Холд, выскакивая на улицу в штанах и тапках на босу ногу.
– Ку-ра-ре-ру! – завопил пуще прежнего петух, хлопая крыльями для большего эффекта.
Бригадир выругался и решительным шагом двинулся к нам. Убивать двинулся. Я это по глазам прочитала, поэтому поспешно соскочила с подоконника, стрелой промчалась по лестнице и выскочила во двор.
– Бодрое утро, сосед! – наигранно весело крикнула я, салютуя чашкой.
Холд, уже тянущий руки к нахохлившейся птичке с целью придушить живой будильник, заметил меня и поспешно остановился. Точнее, сменил цель, ибо во взгляде блондинчика не было даже намека на человеколюбие.
К слову, без майки рослый бригадир представлял собой жалкое зрелище. Широкий разворот плеч прямо-таки удручал отсутствием ярко выраженного рельефа. Нет, там были какие-то бугорки, но их и мышцами-то назвать язык не поворачивался. А пресс? Где! Я вас спрашиваю, где восемь кубиков восхитительного пресса, положенных для всякого культуриста?
Короче, одно расстройство и тихий ужас.
Семиликий, да у него еще и грудь волосатая!
Тогда однозначно фу!
– Итара, что это! – рявкнул Холд, выразительно указывая на три громкоговорителя.
Нет, ну что за недогадливый индивид!
Я что, зря старалась, полвечера в засаде сидела, караулила, пока соседи улягутся, потом еще часа полтора прикручивала трубу от бабкиного патефона и два самых настоящих громкоговорителя – один механический, другой магический – к опорному столбу, на который повадился взлетать мой черный «будильник»?"
"Никто не ценит твоих усилий и коварства. Даже обидно.
