Автор
Боевик о подземной войне между криминальными группировками Москвы. Когда мафиозные кланы начинают открытое противостояние на улицах города, в разборку втягиваются самые неожиданные персонажи. Динамичный сюжет, полный экшена и неожиданных поворотов, погружает читателя в мир московского...
– Тебя подстрелили?
– Едем в Царицыно, – повторил Кортес, – в парк. Увидишь красный кирпичный забор, а в нем – дубовые ворота. Это монастырь… – Он без сил откинулся на спинку сиденья. – Монастырь эрлийцев.
* * *Московская Обитель, штаб-квартира семьи Эрли
Москва, Царицынский парк,
27 июля, вторник, 01.30
Монастырь пришлось поискать. Минут десять «Гольф» плутал по темным дорожкам Царицынского парка, пока не уперся в высокую кирпичную стену, над которой густо шумели деревья. Следуя вдоль нее, Артем отыскал тяжелые, обитые кованым железом ворота и остановился на небольшой площадке, слабо освещенной раскачивающимся фонарем. Кортес был без сознания.
Проклиная свой альтруизм, Артем вышел из автомобиля и, подойдя к воротам, несколько раз ударил по ним элегантным молоточком.
Ничего не произошло. Подождав для приличия несколько секунд и не обнаружив никаких признаков жизни, Артем снова занес молоток, но его остановил тихий скрип петель. В одной из створок ворот открылась маленькая калитка, и из нее вышли два монаха. Первый был крайне худ, и ряса мешком болталась на долговязой фигуре, его большие живые глаза быстро обежали визитера, но, видимо, ничего интересного не обнаружили.
– Монастырь закрыт, сын мой, – буркнул он. – Приходи потом, не напрягай послушников.
– У-ум, – согласно промычал второй монах, ковыряя в зубах спичкой. – Обещаю, мы помолимся за твою бессмертную душу. Проваливай.
Второй был полной противоположностью своего коллеги и буквально излучал здоровую, жизнерадостную полноту. Ряса, усыпанная хлебными крошками, трещала на нем по швам, а толстые губы лоснились от сала. Судя по всему, Артем вытащил его из-за стола.
– Провалил бы, – в тон ему ответил Артем, – но Кортес просил привезти его именно сюда. Может, он ошибся?
Монахи переглянулись.
– Не ошибся, – проворчал длинный и, подойдя к автомобилю, критически посмотрел на пассажира. – Что на этот раз, Кортес?
Раненый не отзывался.
– Кортес, – монах бесцеремонно похлопал его по щекам, – что случилось?
– Простудился, брат Ляпсус, – язвительно ответил Кортес и тут же закашлялся.
– Посмотрим.
Монах наклонился и распахнул на раненом куртку.
– Ого! Простуда-то с осложнениями.
– Что-нибудь серьезное? – забеспокоился Артем. – Он не умрет?
– Каждый больной когда-нибудь умрет, – философски заметил брат Ляпсус. – Кортес, надеюсь, ты при деньгах?
– Темный Двор заплатит, – слабым голосом ответил раненый, протягивая монаху черную пластиковую карточку. – У меня неограниченный кредит.
