Автор
Я во сне родила здорового мальчика, несмотря на ощущение необыкновенной боли. Внезапно я утонула в паре, от которого воздух казался свежим и теплым. Пропахшись родовой атмосферой средневековья, я видела окружающие детали — непонятное платье и приглушенные фигуры.
Еще… Еще, я впервые убивала, нет, я не жалела о наказании, но не поторопилась ли я? Что-то странное промелькнуло в памяти Альфы, когда его хребет хрустел на моих клыках… но я об этом подумаю завтра…
Сын, наевшись, уснул, не оборачиваясь в волчонка. Я запеленала его в кусок ткани, уложила в кресло, с которого поднялась. Надев платье обратно, и снова натянув сапоги, вздохнула. Мне нужна своя комната, колыбель, и ванная… Одежда, еда, и много чего еще…
А с замком надо как-то разбираться…
Взяла сына, мне надо вернуться к воинам, есть подозрение, что они дальше холла не ушли.
*Осеокут – бог волков
***
Спустилась по каменной лестнице, снова удивляясь пустоте в замке.
Мужчины нашлись стоящими так же, в холле.
— Почему вы не ищите себе комнаты? — спросила у них.
— Замок не пускает, весь первый этаж — закрыт. Вход есть только на второй, но не одна дверь не открывается… — пояснил Мейе.
— Подержи, пожалуйста, — протянула сына ему, — я назвала его Амере, в честь отца. К сожалению, я точно знаю — он мертв, — мужчина аккуратно взял младенца в руку, укладывая удобнее, и придерживая второй.
Сын сыто икнул, и пустил молочные пузыри, у Мейе во взгляде мелькнуло одобрение. Переживает?..
Он аккуратно обтер уголком ткани губки малыша, и укутал в плащ. В замке было холодно.
Я огляделась, обнаруживая рисунок на каменном полу. Он был почти стерт, и едва виден и понятен. Но я, напрягая зрение, чтобы его разглядеть, внезапно перешла на магическое. Перед моим взором расцвело полноценное полотно.
Чем дольше я вчитывалась, тем ярче загорались для меня руны и знаки. В памяти всплывали их значения, потихоньку выстраивая текст — послание потомкам. Интересно, это мне дочь бога подсказывает? Или я сама это знаю…
«Я по-прежнему живу в чертогах отца — бога Осеокута. Так как моя пара мертва, мне больше нет места в этом мире. Поэтому я буду приходить только в крайних случаях, и только в волчицу.
