А так я позвонил в Москву вору одному, другому, они все вопросы порешали, всем выгодно, ездить никуда не надо, людей тащить…
Саид подождал, что отвечу, но эта информация немного удивила меня, и я помалкивал, обдумывая ее.
– С Кичо с этим меня давно уже познакомили в Москве, – продолжил он. – Собрались несколько воров, представили, сказали – приедет к вам, просили дать поддержку, я это Хохлу сразу рассказал, да он не принял всерьез, сказал – не дадим ходу воровскому в нашем городе. Я им эти слова не стал передавать, сказал просто, что Хохлу я не указ, но он друг мне и против него я не пойду. А они сказали, что сами все решат, вот потому, думаю, они его и порешили после этого. А ведь я его предупреждал, что так может быть.
Саид взял паузу, принялся наливать нам чай, а мои мысли бешено забегали в голове. Вот значит, как, все-таки воровских это рук дело, только не наших блатных, а бери выше. А что, логично – решили рынок наш прибрать, заодно влияние в городе, а Хохол им мешал. А почему Копченый не знал – да потому, что не его ума это дело. Решили сами убрать Хохла и въехать в город на белом коне, как тот костюм на воре этом. И ведь все получилось у них – и мусора у них есть, и Саид под боком, и нас, вроде как, поставили на место на стрелке этой. Правда, блатных изрядно проредили мы, да ничего, тюремный конвейер стабильно работает, подгонит новые кадры.
– Говорил же я Хохлу – будь осторожней, – перебил мои мысли Саид, – Как чувствовал. Они-то меня не курсанули, что так будут действовать, но я догадывался, по-другому ведь с Хохлом не решить.
– Да, дела, – промычал, наконец, я и почесал затылок, как все люди обычно делают, когда не знают, что сказать или что делать. Молча попили чаю.
– Спасибо, Саид, за хлеб-соль, за историю интересную, пора и честь знать, – поднялся я и протянул руку попрощаться.
– Пойдем, провожу, – поднялся Саид, пропуская меня вперед. Махнул рукой, вскочившим было племянникам – сидите.
– Ты только не подумай, что я на другом берегу теперь, – начал вдруг оправдываться у машины Саид, что было очень непривычно, – Мне самому не в жилу движение это, но не могу я открыто переть против них. Бояться я никого не боюсь, ты же знаешь, но вопросы решать надо по регионам? Надо, вот и приходится с ними считаться. Но чем смогу – помогу.