Автор
В межзвёздном пространстве человечество расцветает всего лишь в пяти системах, а то и в шести. Этот молодой исследователь занят уничтожением недоразумений галактики Млечный Путь от нечеловеческой насилием интеллекта. Кропотливая работа кажется бесконечной.
Наверно, если б роботы прислали больше техники, мы бы уже от них не отбились. Но, по какой-то неведомой причине, на этот раз дроны у врага закончились, а наш отряд отделался потерей одного бойца. И теперь у нас было, что обсудить, когда вся армия снова соберётся вместе…
Тактику пора было менять! Да, не опять, а снова…
Этой ночью, как я понял, многие должны были погибнуть. Вспышки взрывов и звуки выстрелов звучали над холмистыми предгорьями до рассвета. Нашей же группе повезло: больше ни на одну группу дронов мы не нарвались.
К утру распогодилось. Тучи рассеялись, за ночь истратив все запасы влаги. Солнце начало припекать прямо с утра, как и полагается нормальному южному летнему солнышку. А наш одинокий флаг был единственным, который взвился над вершинами холмов.
Чтобы не попасть под раздачу, лагерь разбили в отдалении, оставив на земле вокруг холма подсказки, где нас искать. И вскоре в расположение остатков армии отовсюду потянулись выжившие. Многие тащили на себе оружие погибших товарищей, детали дронов и прочие полезные материалы.
Вот только осталось нас всего две сотни человек!.. Идти дальше в таком составе было бесполезно. А ещё где-то потерялась одна из дефицитных монструозных винтовок. И это была потеря потерь!
— Вторую ночь мы не переживём… — заявил Тихон, закончив рассказ о том, как чудом выбрался из бойни.
— Согласен. Теперь нас видят даже в темноте. Этого наш план не учитывал… — подтвердил Сочинец.
И все дружно посмотрели на меня.
Как будто это я был виноват во всех бедах человечества!
— Если учитывать все возможности железяк, то планы вообще можно не составлять… — пожал я плечами.
— Ты что, действительно так считаешь? — удивился Дунай.
— А как мне считать? Если учесть, что им никто не мешает сделать дальнобойную артиллерию, системы залпового огня и бомбардировщики — то мы уже проиграли. Можно даже не рыпаться. А план мы составляли… — я специально сделал упор на слове «мы», чтобы напомнить о том, что не только я тут продумываю, что делать, поэтому и не надо на меня всё валить.
— А теперь возможности изменились… — повторил Тихон.
— Значит, и план нужен новый! — снова пожал я плечами. — У кого какие предложения?
У меня, на самом деле, план был.
И я даже надеялся, что не самый плохой.
Но второй раз брать на себя инициативу, или даже её часть, я не собирался! Если опять что-то пойдёт не так, опять все будут на меня коситься.
