Каждое взгляду в глаза приковывает внимание кого-то нового: удивление новичков, равнодушие скучающих местных обитателей, радость опытных и знавших, а с каждым годом увеличивается число злобных взглядов тех, кто боится или ненавидит Волка императора.
Подсвеченный малой луной двор совсем не скрывает детали случившегося побоища.
А то, что тут именно побоище произошло, сомнений не возникает.
Кровища, свежий запах которой будоражит мой чувствительный нос, двое ребят, которых совсем недавно наблюдал за дальним столиком в казино, валяются без движения. И, глядя на их раны, можно с уверенностью сказать, что вряд ли когда-то будут двигаться. Еще один, судя по всему, тот самый обладатель скрипучего голоса и тяги к молоденьким мальчикам, катается по двору, утробно воя и извиваясь от боли.
А сам виновник торжества, на первый взгляд, вообще не пострадавший, не обращая внимания на дело рук, а, может, и не рук, своих, сильно занят важным делом: проверяет карманы поверженных врагов. И шустро так! Чувствуется набитая , опытная рука!
При моем появлении Лар резко вскидывает голову, свет луны отражается в черных колодцах глаз, а в следующее мгновение он просто пропадает из вида!
Ах, ты, щенок!
Рычу раздраженно, чуть веду носом и быстро двигаюсь в ту сторону, куда умудрился сквозануть герой моего сегодняшнего приключения.
Надо же, какой!
И почему это Лари не сочла нужным предупредить меня о такой интересной особенности у своего братишки? Это бы меня очень выручило сейчас!
Ох, и спрошу я с нее за свои нервы! Ноги не сможет свести неделю!
Все эти кровожадные планы я строю на бегу, спешно сдирая одежду и перестраиваясь на боль.
Мальчишка слишком шустрый, я его не поймаю в том виде, в котором сейчас…
А, значит, надо ловчить.
Земля привычно бьет по лапам, оглушает миллионом запахов, которые в моем привычном обличье звучат приглушенно, а то и совсем пропадают.
Зрение тоже меняется. Теперь я вижу не просто остро, а очень интересно. Все теплокровные предметы в красном цвете, остальные — по степени сохранения ими тепла. Мир становится другим, но столь же разнообразным.
И мальчишка, несущийся впереди меня на расстоянии буквально ста шагов, заметен очень четко.
Я разгоняюсь и со всего разбега прыгаю ему на спину.
Лар падает, тут же перекатывается и пытается встать, но я успеваю первым. В этом виде я быстрее его.
Опять толкаю лапами, в грудь теперь, и напрыгиваю сверху, прихватывая зубами за горло. Сжимаю, рыча предупредительно и глядя с глаза.
Надеюсь, с инстинктами у парнишки все хорошо, дергаться не будет. А то, опять же, поврежу, и его сестра мне не даст.
