Ника выглянула в окно и невольно застыла: все вокруг казалось зловеще-жизненным — тени деревьев, мерцающие озера на заднем фоне, даже вода в чашке напоминала потемневший череп. Волчий лог — это не просто место, где ты встречаешься с самим собой в темноте ночи. Это таинственный ужас, который окутывает тебя до самого дыхания....
В глазах его мелькнул опасный желтый огонек. Лицо казалось странно спокойным, но меня это не обмануло. Наоборот. Когда Брягинцев был таким невозмутимым, это говорило о предельной степени бешенства.
— Я уже собирался уходить, — настороженно ответил Клейн.
Он тоже почувствовал разливающееся в воздухе напряжение. Сергей посмотрел на Стаса, потом — на меня, видимо, пытаясь понять, что происходит, и снова вернулся к Брягинцеву.
— Да? — мой волк иронично изогнул бровь.
Никогда не понимала, как ему это удается? Одно движение, а такой эффект!
— Это мой начальник, глава агрокомплекса Сергей Клейн, — очнувшись от ступора, поторопилась с объяснениями.
Дурацкое ощущение. Я ведь ничего плохого не сделала, так отчего же в груди сожаление разливается? И желание оправдаться. Глупо…
— Наслышан, — настороженно посмотрел на Стаса Клейн.
В его взгляде появилось понимание.
— Взаимно, — кивнул Брягинцев.
Он оперся о косяк и небрежно скрестил на груди руки. И в этот момент послышался восторженный голос, и из комнаты выскочил Никитка.
— Ты вернулся!
Он кинулся к Стасу, подпрыгнул и повис у того на шее. А Брягинцев подхватил его на руки и крепко прижал к себе."
"Господи, кто подменил моего сына? Может, я сплю и вижу сон?
— Я ненадолго, Ник, — тихо сказал Стас, не выпуская Никитку из объятий. — Хотел только маме кое-что сказать.
Стас посмотрел на меня поверх русой Никиткиной головы и добавил:
— С твоей подругой все нормально.
— Ника дома?!
— Минут через десять будет. Сможешь сходить и убедиться, что все в порядке, — хмыкнул он.
— Стас, ты останешься? — тихо попросил Никитка.
И столько надежды было в его голосе, что у меня сердце зашлось.
— Прости, друг, мне уходить пора, — серьезно ответил Брягинцев. — Да и мама устала, а ей завтра на работу, — он метнул на меня насмешливый взгляд и спустил Ника с рук.
— А ты когда снова к нам приедешь? — не отставал Никита.
Господи, вот кто поймет моего сына? То подойти к чужим боится, то не отлепишь его от всяких темных личностей!
— Скоро, — пообещал Стас, провел ладонью по вихрастой макушке Ника и подтолкнул его к комнате. — Ладно, пойду, — посмотрел он на меня, все еще не двигаясь с места.
— Мне тоже пора, — очнулся Клейн. — До завтра, Инга, — попрощался он, протискиваясь мимо Брягинцева к двери.
