Ника выглянула в окно и невольно застыла: все вокруг казалось зловеще-жизненным — тени деревьев, мерцающие озера на заднем фоне, даже вода в чашке напоминала потемневший череп. Волчий лог — это не просто место, где ты встречаешься с самим собой в темноте ночи. Это таинственный ужас, который окутывает тебя до самого дыхания....
А тут, прямо на моих глазах, на месте огромного пса появился человек. Мужчина. И этот мужчина поцеловал меня так, что в груди жарко стало, а сердце едва не остановилось. До сих пор помню свои эмоции. Неверие, радость, страх, надежда…
— Ника? — встревоженно посмотрел на меня Егор, заставив отвлечься от недавнего прошлого.
— Все нормально, Гор, правда, — улыбнулась в ответ. Ярость отступила, волчица успокоилась и затихла. — Просто перекинулась парой слов с нашей соседкой.
— Ты про Орскую?
О, кто-то насторожился! И готов тут же встать на защиту маленькой и беспомощной меня.
— Ниша, что случилось?
Янтарь в глазах мужа потемнел. Голос звучал требовательно и сурово.
— Она тебя обидела?
— Нет. Мы просто поговорили, и она ушла.
— Ушла? — иронично переспросил Егор.
— Угу, — беззаботно кивнула в ответ.
Мне не хотелось грузить мужа женскими разборками. Еще не хватало! С этим я и сама разберусь, Гору и так проблем хватает.
— Идем, а то пропустим все самое интересное, — потянула я его к двери.
— По-моему, самое интересное уже произошло, — задумчиво сказал Егор, не торопясь уходить. — Эта парочка все-таки дошла до венца, и оба сказали «да».
— Ты не верил, что это произойдет?
— Честно? Не очень.
Егор прищурился и посмотрел на портрет своего прадеда.
— Никого не напоминает? — кивнув на картину, спросил муж.
Я вгляделась в суровое, неприветливое лицо. Свинцово-серые глаза, твердая складка губ, крупный нос, решительный подбородок. Если убрать бакенбарды и изменить прическу…
— Похож на Стаса, — удивляясь, как не замечала этого сходства раньше, ответила я.
— Это Георгий Брагов, один из самых отчаянных рубак и повес своего времени.
— Хочешь сказать, что Стас и в этом на него похож?
Я недоверчиво посмотрела на мужа.
— Если хотя бы десятая доля того, что я узнал о Брягинцеве, правда, значит, гены прадеда передались ему в полной мере.
Муж достал сигареты и закурил, задумчиво глядя в окно.
