В зловещем Урочище ждут только по приговору Ослаба — смертные казни. Здесь ученые, бродяги и купцы встречаются лицом к лицу, готовясь к кровавой Вещере. Порученные кинжалы в руках, они искали дубраву, чтобы ощутить могущественный земной ковер. Каждый шаг — ответ на судьбу, ожидающую их снаружи окрестности....
Во всяком случае там остался единственный штатный осведомитель, который время от времени составлял политические отчёты о морально-психологическом состоянии местного населения и отдельных личностей, на основании которых кого-то арестовывали, ставили к стенке, отправляли в лагеря, но бывало и отпускали по неизвестным причинам.
Во время войны о лесном урочище, называемом в документах Вещерским, вообще забыли и вспомнили только в середине шестидесятых, когда в поле зрения КГБ угодил некто Сторожейкин, пожилой, интеллигентный человек, приехавший будто бы из Ленинграда, у которого оказался теодолит — вещь, тогда запрещённая для личного пользования.
Сторожейкин ходил по дворам, расспрашивал о чудесах, творящихся в здешних местах, и искал проводника, способного сводить его в глубь урочища. Для оперативной разработки этого любопытствующего гостя ему представили такого человека — опытного агента, который вскоре и сообщил, что в комсомольской молодости Сторожейкин работал военным топографом и был весьма любопытным, а у них в экспедиции творились всякие неприятности с инструментом из-за болотного газа.
Шаровые молнии? Как с могильного камня?.
Потом человек внезапно исчез вместе со своей ношей, однако на торфянистой земле остались глубоко продавленные следы от глыбы и ног — Сторожейкин будто бы сходил и проверил.
И ещё на этом месте пахло озоном, как после грозы.
В то время рассказывать товарищам подобное было нельзя, могли неправильно истолковать, поэтому он ещё дважды в одиночку ходил на то же место, подолгу наблюдал лес через оптику, но больше ничего не видел.
