Вячеслав Ражный нарушил устав тайного ордена русских воинов, отказавшись убить своего волка. За это его ждёт суровое испытание в Сером Урочище — месте, где каждый должен пройти через боль и отчаяние. Сможет ли герой остаться верен себе, или орден сломит его дух?
От этих мыслей его оторвал вызов Финала, прозвучавший будто из другого мира. Старший разведчик говорил шёпотом:
— Я во втором квадрате. Вижу мальчишку… Ходит в пятидесяти метрах от базы…
— Какого мальчишку? — бестолково спросил Савватеев.
— Худенький, лет тринадцати… Грибы ест.
— Как ест? Сырыми, что ли?
— Может, не грибы… Но что-то собирает и ест… И вроде плачет, всхлипывает…
— А что он плачет?
— Не знаю… Если только потерялся, заблудился…
— Ну подойди осторожно, выясни, что случилось. Только не пугай.
— Понял…
Прошло минут пять, и все это время Савватеев пытался вспомнить, на чем же остановился в своих размышлениях, оправдывающих жену. Не вспомнил, потому что, находясь в здравом уме, оправдать её было нельзя. Если только унять самолюбие, терпеливо снести позор и воспитывать чужого ребёнка.
— Я к тебе не вернусь, — мстительно проговорил он, испытывая облегчение.
Это хорошо, что он поехал в срочную командировку, вырвавшую его из привычного житейского потока: сразу наступило отрезвление и на расстоянии увиделось все, что уже начинало казаться незначительным.
Финал теперь говорил громко и торопливо:
— Он убежал!.. Я подошёл тихо, фонариком посветил, а он как рванёт! Догнать не мог! Темно… И это вроде не пацан, не подросток.
— А кто ещё?
— Похож на заморённого негра… Лицо чёрное и руки… Натуральный. И босой…
— Откуда здесь негры, сам подумай?
— Кто знает?.. Студент какой-нибудь отстал, заплутал, оголодал. Сморщенный весь…
— Ладно фанатазировать. Появится снова — отслеживай и не подходи, я сам.
— Понял…
Ночь была довольно тёплая для середины осени, однако вместе с решительными мыслями и облегчением Савватеев почувствовал озноб, брезентовая куртка, подобранная на складе, и толстый свитер не грели и, казалось, напротив, втягивают в себя холод. Стоило чуть расслабиться, как начинали стучать зубы, а шёл всего лишь третий час ночи! Савватеев подумал, что знобит от реки, переместился в лес и услышал громкий шёпот:
— Товарищ полковник!.. Сюда подойдите.
Командир диверсионно-разведывательной группы Варан сидел на сосне в полутора метрах над землёй, в руках у него мерцал зелёный огонёк прибора ночного видения.
— Что?
— На территории базы что-то копают. Савватеев молча взял прибор — человек копал что-то у стены круглого каменного строения.
— Они зашевелились! — громко шептал Варан. — На всякий случай решили перепрятать останки.
