– Как это – на ветер? – осторожно спросил Ражный, вспомнив случайно оброненные слова калика.
– Это у них тут что-то вроде закрытой касты, – почему-то с оглядкой прошептал бульбаш. – То ли охрана Урочища, то ли какие-то избранные, посвященные. Я еще толком не разобрался. Но они каждое утро становятся в круг и ждут восхода.
– При чем же здесь ветер?
– Как при чем? Они же солнечный ветер ловят! Радун!.. Спрашивается, зачем?
О радуне, или солнечном ветре, который насыщает энергией костный мозг, Ражный знал все, в том числе великую и одновременно незамысловатую тайну, над которой билось человечество всю свою историю, – тайну вращения планет Солнечной системы и Земли, в частности. Не будь этого ветра, всякое движение, по крайней мере в ближнем космосе, давно бы прекратилось и наступил полный, «лунный» покой, а вместе с ним смерть всего живого. Обращенная к огненному светилу часть Земли выгорела бы, а теневая сторона вымерзла и покрылась мертвыми льдами. Но поток света восходящего солнца, все время падая по скользящей относительно шара, как вода на мельничное колесо, сообщал вращательное движение, и вместе с ним по планете катилось бесконечное ветреное утро.
Поэтому всякий человек на Земле, в какой бы точке он ни находился, вольно или невольно радовался восходу и стремился встретить солнце, ибо в эти короткие мгновения совершенно неосознанно получал заряд энергии на весь день.
– Но на ветер ставят не каждого, – продолжал Вяхирь с оглядкой. – Берут самых достойных, честных и выносливых. Конечно, почет, особое положение, да и благородно! Но самое главное – личностью останешься цельной, со всем наследством предков. Тебя не разделят на двести семьдесят с лишком частей!
– Благодарствую за совет, – с чувством проговорил Ражный. – Теперь знать буду…
– Погоди! – спохватился бульбаш. – А ты женат? Дети есть?
На правах старшего по возрасту он мог задавать подобные вопросы…
– Не успел еще, – неохотно отозвался Ражный.
– Тогда и не просись! – вдруг заявил бульбаш. – Холостых на радун не ставят. Это точно.
– Почему?
– Кто знает?.. Думаю, потому что холостой аракс – личность еще не состоявшаяся. Холостых-то ведь даже на Пир Святой не брали!
Вяхирь встал, с чувством превосходства и даже самодовольства потолкался по тесной будке, вызывая тем самым некую завистливую неприязнь.
– Да, – проговорил он с усмешкой. – Положение… На твоем месте я бы плюнул на воинство и ушел отсюда куда глаза глядят.
– Слышал я эти советы… А что же сам-то в будке сидишь?
– Я истину ищу, – серьезно проговорил бульбаш.
– Мне тут одна вдова сказала, нечего здесь искать – ни счастья, ни истины.