Вячеслав Ражный скрывает свою истинную природу – он воин древнего Засадного Полка, созданного Сергием Радонежским. В критические моменты истории России эти тайные защитники встают на защиту Отечества, обладая сверхъестественными способностями. Герою предстоит раскрыть секреты своего...
Раздел Chitat.online для книги «Волчья хватка. Волчья хватка – 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Вячеслав Ражный скрывает свою истинную природу – он воин древнего Засадного Полка, созданного Сергием Радонежским. В критические моменты истории России эти тайные защитники встают на защиту Отечества, обладая сверхъестественными способностями. Герою предстоит раскрыть секреты своего...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Трофимович Алексеев Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
Вячеслав Ражный скрывает свою истинную природу – он воин древнего Засадного Полка, созданного Сергием Радонежским. В критические моменты истории России эти тайные защитники встают на защиту Отечества, обладая сверхъестественными способностями. Герою предстоит раскрыть секреты своего...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Положите труп на место! – Луч света запрыгал по Ражному и Миле. – Я должен осмотреть!
– Она жива, – сказал Ражный и, отобрав фонарь, осветил Милю на своих руках. – Смотри.
Она спрятала лицо за его голову, зашептала:
– Я вижу, он некрофил. Он любит мертвецов…
В этот момент влетели оба Макса, запыхавшиеся, перепуганные и агрессивные. Словно забыв о Миле, о случившемся чуде, они с ходу набросились на доктора, сшибли его с ног, вернее, уронили, поскольку от переполнявших чувств напрочь забыли, как следует драться. (А ведь учил!) Один из братьев – в темноте не понять, кто – навалился сверху и не бил, а мял врача, тогда как другой, согнувшись, ловил момент, чтобы схватить его за голову. Глянув на эту бестолковщину, Ражный оставил включенный фонарь на поддоне, осторожно отворил дверь и вышел на улицу.
– Куда ты несешь меня? – спросила Миля.
– На реку, – прошептал он.
Вопросов она больше не задавала, сидела на руках, как пойманная птица, поблескивая в темноте белками огромных глаз или вовсе их закрывая. И лишь когда он забрел в воду и обмакнул ее с головой, затрепетала, цепляясь за одежду, хватая ртом воздух.
– Зачем?.. Я боюсь! Зачем?!
– Хочу смыть смертный пот, – погружая ее вновь, объяснил он.
Потом он уложил ее на отмель, нарвал пучок застаревшей осоки и тщательно вымыл с головы до ног. Теперь Миля зябла иначе, как живой человек – покрывалась гусиной кожей, дрожала и стучала зубами. После купания Ражный снял с себя куртку, завернул в нее девушку и понес домой.
– Вот теперь я ожила, – проговорила она сонным голосом. – Слышу, как стучит сердце… И есть хочу.
Дома он растер Милю полотенцем и подал свой недавно постиранный камуфляж и свитер.
– Одевайся… Другого ничего в этом доме нет.
Женская одежда была, и хранилась она в сундуке кормилицы Елизаветы – второй жены отца, однако имела ритуальное назначение и не годилась для обыденной носки…
Пока Миля обряжалась в охотничий костюм, Ражный достал бочонок с хмельным медом, отлил немного в бронзовый кубок, разбавил водой и подогрел над керосиновой лампой. Миля не знала, что в этом кубке, и не попробовала на вкус – выпила залпом.
– Стало совсем хорошо… Я пойду. Уже светает…
– Может, останешься? – безнадежно спросил. – На один день, чтобы окрепнуть…
– Нет-нет! – воскликнула она. – Я отогрелась и окрепла! Чувствую себя великолепно. Правда!
– Я провожу за ворота. – Он сдернул с вешалки дождевик, набросил на ее плечи и стал рыться в обувном ящике.
– Босой мне лучше, – предупредила она.
– Как хочешь…
Ражный вывел Милю за калитку, подождал, когда ее спина перестанет мелькать среди деревьев, собрал с земли пригоршню мокрых желтых листьев и растер, умыл ими лицо.
