Автор
Женщины роются в багровых кружках, смеясь над своими изъянами. Музыка заставляет сердце танцевать, но душа приходит в отчаянье от праздника, отмечаемого в честь самой скромной и обыденной жизни. В этом веселье только капля слез на щеках Марго.
У меня встреча важная, затянется надолго. Может, останусь в городской квартире, – хмыкнул Сергей. – Ты где, кстати? Куда в этот раз тебя затащили твои неугомонные мартышки? Опять какой-нибудь клуб подростковый? Бабам по сорок лет, а у них все детство в сморщенных задах играет.
– У меня тоже сморщенный? – я приподняла бровь, будто он меня мог бы увидеть. Но он точно знает, что я сейчас это сделала. Он меня как облупленную знает. Про баб месседж предпочитаю пропустить.
– У тебя орех, малыш. И лоб не морщи, появятся морщины.
– Ты хотел сказать в сорок лет? Знаешь, Райков, ты все таки болван. Но ты мой болван. И к твоему сведенью, мы не в клубе. Мы сидим в «Моцарте» как морщинистозадые матроны и пьем культурно морс с десертом Павловой, – вот зачем я соврала? Ну зачем? Зачем мне выглядеть лучше, чем я есть на самом деле?
– Умнички. Наконец-то дошло до этих дур, что вы почтенные матроны, а не козы на веревках.
– Ма, я это, сегодня у Таньки останусь, – не дала мне слова сказать Маруська. Я вздохнула. Все мои планы летят псу под хвост. Вечер еще не начавшись перестал быть томным. Остаться что ли в этом поганом клубе с девчонками, наплясаться до упаду.
– Маш, я думала мы с тобой сегодня роллы закажем, у меня же…
– Роллы, уммм… Мамулечка, ну ты же у меня умничка. Все понимаешь. Сорян. Форс-мажор, мусенька, – проорала моя любимая дочь и сбросила вызов. Она забыла. Она не помнит про мой день рождений.
Глава 2
Знаете когда женщина чувствует себя счастливой? Когда, вернувшись домой, скидывает с затекших ног колодки на каблуке и расстегивает лифчик.
Чертовы туфли на тоненькой красной подметке и шпильке я сбрасываю прямо у порога, даже не потрудившись их поставить в шкаф по ранжиру, как положено. Кем положено, блин? Если бы мой муж увидел сейчас это безобразие, наверняка бы изворчался весь. Но я одна.
