В темном и запахом воска убранстве борделя Анна пыталась скрыть дрожь. Тереза, прозванная Дикая Роза за свои черные волосы и ярко-коричневые глаза, неотрывно смотрела на нее. Великолепие борделя только усиливало ощущение предательства: каждая девушка была названа в честь цветка — здесь и сейчас время казалось бесконечным. Анна невольно воображала себя магнолией, стоящей на краю великолепного венца блаженства......
Думаешь, я злодей, который хочет помешать воссоединению влюбленных? Все гораздо сложнее. Впрочем, я могу быть спокоен. Мадам Кларисса получила внушительное вознаграждение и заверила меня, что ты никогда не переступишь порог борделя. Боюсь, тебя ждет незавидная судьба.
Меня обдало холодом. Если опекунша сговорилась с лэрдом… Она ни за что не нарушит слово! Кажется, отец Джека обрек меня на настоящий кошмар.
Оборотень ушел, а я осталась стоять.
Но что Рэйлас хотел от меня? К чему ему знать, помню ли я родителей? Решил проявить сочувствие к сироте? Весьма сомнительно! А вопросы про запахи и звуки? Что-то здесь не так…
Шагнув вперед, я наткнулась на столик. Заметив бутылку виски, припала к горлышку и сделала щедрый глоток. Горло обожгло огнем, и я закашлялась. Из глаз брызнули слезы, однако дрожь стихла, а в желудке стало тепло.
Что волнует лэрда Рэйласа больше всего? Кресло лэрда. Пожалуй, только это могло заставить его явиться ко мне. О чем там говорилось в Уложении? Перед глазами встали витиеватые строки, и я вслух проговорила:
— Сильный зверь, благородное происхождение, капитал и… истинная пара.
Выглянувшая из-за туч луна залила светом комнату, и меня вдруг озарило. Неужели?.. Нет, эта идея отдавала безумием! Я заметалась по кабинету, лихорадочно соображая.
Я покачала головой. Если бы мои родители были оборотнями, то я не владела бы магией. Магия — прерогатива исключительно людей. Да и истинность пары проявляется практически сразу. Дороти рассказывала, что ее дочери хватило всего пары секунд, чтобы все понять.
Но тогда зачем приходил Рэйлас? Какая-то ерунда! Одно ясно: нужно как можно быстрее выбираться из борделя. Представив, какой будет моя жизнь, я содрогнулась.
— Хватит там торчать! Сегодня тебе велели спуститься в салон.
* * *Сидя на стуле, я слушала последние инструкции Клариссы. Тем временем Салли поправляла мою порядком растрепавшуюся прическу. В груди все словно заледенело, а слова мадам звучали глухо, будто сквозь плотную вату. Впрочем, я и так знала все, о чем она говорила.
