Может быть, она сумеет подняться по стенам и выбраться через видимые щели? Увы, эту мысль практически мгновенно пришлось отбросить.
Во-первых, было высоко. Если она упадет, то костей не соберет. В прошлый раз очень повезло, что она при падении не свернула себе шею. Рисковать повторно Марина не собиралась."
"Во-вторых, щели выглядели совсем узкими, а потолок толстым. Если бы не второе, то она все-таки могла бы попробовать забраться наверх, чтобы расширить щель вручную.
Оставив пока мысль о подъеме, Марина еще раз осмотрела темные туннели. Тот, из которого она попала сюда, показался более узким. У него совсем не было берегов, поэтому она никак не могла вернуться. Сражаться снова против течения не хотелось, как и в принципе лезть в воду. От одной только мысли, что придется снова «купаться», становилось плохо.
Туннель, в котором исчезала вода, выглядел более широким. У него даже небольшой бережок имелся, пусть и узкий. Проблема заключалась в том, что там, дальше, не было никакого света. Передвигаться в полной темноте – то еще удовольствие. И хорошо еще, что Марина сдерживала воображение, которое то и дело пыталось подкинуть мысли о различных монстрах, которые могут водиться в таких местах.
Положение было отчаянным. Назад не пойдешь – у нее не было сил плыть против течения. Наверх лезть бесполезно – даже если она все-таки сможет подняться, у нее не было никаких шансов расширить трещины. Вперед идти страшно – там темно, а еще нет никаких гарантий, что берег не заканчивается за следующим поворотом.
В итоге Марина все-таки решила двигаться вперед. Если вдруг берег действительно закончится, она всегда может вернуться и попробовать подняться. Думать о том, как она будет в подвешенном состоянии стучать по камню, чтобы расширить трещину, совсем не хотелось. Так можно было и вовсе впасть в отчаяние.
Медленно ступая мокрыми ботинками по камню, Марина погрузилась во тьму. Как только вокруг стало совсем темно, она остановилась и оглянулась. Оставленная пещера выглядела единственным светлым пятном в окружающем мраке. Шум воды, разбивающейся о камни, нервировал, но Марина была даже немного благодарна, что здесь есть хоть какой-то шум, – в полной тишине ее нервы вряд ли бы выдержали.
Тревожно сглотнув и постаравшись расслабиться, чтобы хоть немного унять дрожь, она направилась дальше. Приходилось держаться одной рукой за стену, чтобы не потерять ориентир. Ноги Марина переставляла очень медленно, предварительно ощупывая поверхность впереди. Второй рукой обшаривала воздух перед собой, опасаясь удариться лицом о какой-нибудь выступ или сталактит. Или эти свисающие сверху каменные сосульки называются сталагмитами? Марина никогда не могла запомнить разницу.
Сколько она так шла, Марина затруднилась бы сказать.