Автор
В "Волчонке" читатель оказывается в забытом кабриолете с атмосферой усталого путешествия по безымянным шоссе, где каждое слово и движение обретают особую значимость. Жизнь героев складывается из легких улыбок, еле заметных прикосновений и бесконечных проблесков надежды в сумерках. Сюжет затягивает читателя глубинными интригами и непредсказуемыми поворотами, оставляя за собой завораживающую дымку мистики и романтичности....
Мы смотрим друг на друга так долго, что это переходит все границы приличия, и когда я уже собираюсь сделать над собой усилие и оторвать взгляд, полуголая ринг-герл татуированной рукой обвивает шею Тайлера и под заводное улюлюканье зрителей жадно присасывается к его губам. Перемотанная окровавленным бинтом рука ныряет в ее волосы и их сжимает, после чего девушка отстраняется и, победно тряхнув взлохмаченной копной, покидает ринг.
– Тяжело, наверное, встречаться с бойцом, – бормочу я, пытаясь привести дыхание в норму.
– Ты думаешь, она с ним встречается? – фыркает сестра. – Не пройдет и пары боев, как эта подстилка запихнет язык в рот кому-то другому.
– Тогда почему он ее целовал?
– По той же причине, почему я хочу пересечься с этим парнем после боя. Тонны нерастраченного тестостерона равно умопомрачительный секс.
– И когда ты стала такой шлюхой? – не удерживаюсь от смешка.
– Ханжи называет это распутством, я же зову это свободой.
Сестра берет меня за руку и, пятясь назад, тянет за собой:
– Пойдем навестим бар.
"– Смотри, куда прешь! – раздается раздраженное шипение из-за ее спины. Оно исходит от перекошенной от злости дамы, которой с одинаковым успехом может быть сорок или шестьдесят, благодаря напичканным под кожу инъекциям. Бр-р. Уж лучше заиметь пару лишних морщин, чем каждый день носить на лице такую одутловатость.
– Вы не на приеме у английской королевы, – огрызается сестра.
Доказывая собственную правоту, Дженни легко может ввязаться в драку, поэтому я мягко обхватываю ее за талию и выхожу вперед.
– Приносим свои извинения, мисс, – говорю без сожаления. – На подобных мероприятиях действительно сложно соблюдать дистанцию.
Считая, что на этом конфликт исчерпан, я пытаюсь обойти энциклопедию пластической хирургии, но женщина вдруг делает знак рукой, и через секунду перед нашими изумленными взглядами материализуется рослый увалень с толстой золотой цепью на шее.
– Серьезно? – с издевкой фыркает сестра, обливая его презрением. – И что этот тираннозавр сделает? Погрузит нас в багажник и пустит пулю в лоб за то, что я наступила на твои прошлогодние босоножки от Валентино?
Ох, Дженни. Не нужно подкидывать в эти крошечные мозги отличную идею.
