Боец из будущего оказывается в годы Великой Отечественной войны и становится контрразведчиком. Ему предстоит выследить немецких диверсантов, охотящихся за советским командармом Рокоссовским. В руках героя оказывается судьба фронта, и он должен доказать, что знания из будущего способны...
Раздел Chitat.online для книги ««Волкодав» из будущего» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Боец из будущего оказывается в годы Великой Отечественной войны и становится контрразведчиком. Ему предстоит выследить немецких диверсантов, охотящихся за советским командармом Рокоссовским. В руках героя оказывается судьба фронта, и он должен доказать, что знания из будущего способны...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Боец из будущего оказывается в годы Великой Отечественной войны и становится контрразведчиком. Ему предстоит выследить немецких диверсантов, охотящихся за советским командармом Рокоссовским. В руках героя оказывается судьба фронта, и он должен доказать, что знания из будущего способны...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Подошел к часовому, переминавшемуся с ноги на ногу.
– Браток, позови кого-нибудь из начальства.
– Не положено, отойди!
Я уж хотел идти дальше, как из приоткрытой двери грузового вагона выглянул военный в фуражке – явно не по сезону.
– Клеменищев, чего там?
– Вот – начальство видеть хотят. Я ему – отойди, не положено, а он…
Военный спрыгнул с подножки вагона.
– Чего хотел, земляк?
– До Москвы с вами добраться.
– Документы есть?"
"Я достал из кармана служебное удостоверение и справку о ранении. Военный зажег фонарик, вчитался.
– Так ты что, из госпиталя?
– Верно.
Военный вернул мне документы.
– Не положено, конечно, да ладно – полезай в вагон.
Дважды повторять мне не надо было – я быстро забрался в вагон. Внутри топилась буржуйка, но было едва теплее, чем на улице. На двухэтажных нарах лежали солдаты, кутаясь в шинели.
– Ложись, где свободно.
Место нашлось только у стенки, а она от дыхания многих людей заиндевела.
Я долго крутился, но сон не шел. Чтобы хоть как-то скоротать время, я слез с нар и подсел на корточках к буржуйке.
Наконец состав дернулся, паровоз дал гудок, снова толчок, и мимо нас медленно поплыли станционные постройки. Я смотрел в полуоткрытую дверь теплушки. Остался позади хмурый дежурный по вокзалу в красной фуражке, очередь людей с банками, толпившихся у крана в нише стены, с табличкой над ним «Кипяток», суета красноармейцев у дверей коменданта в торце здания вокзала…
Прощай, родной Ярославль! Выдастся ли мне еще когда-нибудь в этой жизни свидеться с молодой Лукерьей, крохотным Мишей? Может быть, надо было раскрыться перед Лукерьей, ведь не чужой она мне человек! Но смогла бы она воспринять появление меня – внука, считай ее сверстника, без губительного волнения, от которого и разум может помутиться? А если и поверит, что такое в жизни иногда бывает, так ведь будет удерживать меня от возвращения на фронт, где уже убило ее Петра. Нет, подвергать риску, нарушать душевное равновесие Лукерьи я не имел права.
Я снял шапку, вытер проступившие слезы, оглянулся – не видит ли кто моей слабости?
Пристроился рядом со старшим на пустом патронном ящике и протянул руки к железному боку буржуйки.
– Где ранило-то?
– На нейтралке, миной наc накрыло. Меня вот только осколком задело, а их… – я с горестью махнул рукой.
– А я еще на фронте не был.
На петлицах военного посверкивали в отблесках пламени буржуйки четыре треугольничка. Старшина, значит. И немолодой уже – под сорок.
Старшина наклонился ко мне, понизив голос, спросил:
– Страшно там?
– Страшно, – не стал я кривить душой. – Особенно когда бомбят. Убежать из окопа хочется, просто край, а нельзя. В окопе или траншее отсидеться еще можно, а если выскочил – осколками посечет. Потому спасение в одном – зарываться поглубже в землю.
