Из подземелья тюремного мира он попадает обратно в мир свободы, но лишь на время. Вольностью кажется не избежать суеты и пороков, особенно когда каждый шаг может быть мановением к новой неправедности. Страх и притяжение силы ожидаемы, но он решает вернуться к себе, кто был прежде – интуиция, совесть и самопознание – чтобы найти новый путь в жизни....
В голосе Холодильника угадывалось осуждение, но не было презрения. Зато чувствовался глубоко скрытый страх. Ведь Ролан мог исполнить и его самого, по собственному приговору.
– У нас тоже. Но ты все понял.
– Это угроза?
– Ни в коем случае.
– Тогда забыли... А то, что за хатой смотрел, не забывай. Будешь нормально себя вести, придет и твое время. Зыркий поднять тебя может, а надо будет, и опустит...
Ролан знал, о ком шла речь. Зыркий – был тем самым ссученным, по его мнению, законником, смотревшим за зоной.
– А какой в том толк? – усмехнулся он. – Что я с того иметь буду, если на хату меня поставят? Я смотрю, вас тут и на работы гоняют, и благом разжиться не дают. Чифирнуться бы сейчас! Или хозяин не велит?
Холодильник молча отвел глаза в сторону.
– Шмон у нас тут большой был, – словно оправдываясь, сказал Зубодер.
– Ну и кому такая жизнь нужна?
– А что делать, если Рупор совсем озверел?
– Я бы сказал, что делать. Но ты же не маленький, сам знаешь...
– Знаешь... Все мы тут знаем. Да молчим. А рот откроешь, завтра в ШИЗО будешь, а там петушка к тебе подсадят. Он тебя ночью в губки поцелует, сам красной девицей станешь... Рупор ничего не боится. Напролом прет, всех, кто на пути, под каток. Безбашенный, в натуре...
– И водички у него много.
– Какой водички? – не понял Зубодер.
– А волшебной. Попьешь такой водички, козленочком станешь. Или сразу козлом рогатым...
– Это ты о чем? – встрепенулся Холодильник.
И так посмотрел на Ролана, что ему стало не по себе.
– Да так, козлов у вас здесь много. Это я про тех, кто с красными повязками.
– Ты у нас красные повязки видишь?
– Нет.
– Тогда чего метлой метешь?.. Может, мы потому и соглашаемся с Рупором, чтобы козлы все под себя не взяли. Дай им только волю, такой беспредел начнется.
Холодильник запнулся и как-то обреченно махнул рукой.
– Если ты нас за козлов и сук держишь, то это ты зря, – сказал Зубодер. – А то, что воровского блага у нас нет, тут ты прав. Но, может, что изменится... Или изменит кто...
– Кто?
– Ну, бывает, что один человек может все решить.
– Это ты о чем?
Прежде чем ответить, Зубодер осмотрелся – дескать, не подслушивает ли кто из посторонних.
– В зоне все на Рупоре держится.
