Загадочные Волонтеры Вечности приносят перемены в реальность Макса и его друзей. Им предстоит разобраться в происхождении и целях этих сущностей, а также столкнуться с неожиданными событиями, связанными с генералом Бубутой. Возникает интрига о том, что скрывается за этими приключениями.
Раздел Chitat.online для книги «Волонтеры вечности» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Загадочные Волонтеры Вечности приносят перемены в реальность Макса и его друзей. Им предстоит разобраться в происхождении и целях этих сущностей, а также столкнуться с неожиданными событиями, связанными с генералом Бубутой. Возникает интрига о том, что скрывается за этими приключениями.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Макс Фрай Легкое чтение Фантастика Фэнтези подборки серии
Загадочные Волонтеры Вечности приносят перемены в реальность Макса и его друзей. Им предстоит разобраться в происхождении и целях этих сущностей, а также столкнуться с неожиданными событиями, связанными с генералом Бубутой. Возникает интрига о том, что скрывается за этими приключениями.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Впрочем, Бубута, кажется, стал таким безобидным!
— Так что, вы собираетесь вернуться в Дом у Моста?
— Да, через дюжину-другую дней. Улима, знаете ли, считает, что мне не следует спешить.
Я снова вздохнул, теперь с облегчением. Ничего и делать не придется: все утрясается само собой.
— Вы совершенно правы, леди Улима! — Я был готов расцеловать заботливую генеральскую женушку. — «Король Банджи» — не такая штука, с которой можно шутить. Малейшее переутомление или, скажем, нервный срыв, и процесс может повернуть вспять. Поверьте моему опыту!
— «Опыту»? — растерянно переспросила леди Улима. — Вы что же, сэр Макс, тоже ели эту гадость?
— Хвала Магистрам, не ел. Но уделял немало времени пристальному наблюдению за чужими несчастьями.
— Ты слышал, дорогой? — встревоженно спросила эта чудесная женщина. — Думаю, что тебе не стоит возвращаться к делам до Дня Середины Года, если не дольше.
Бубута обреченно кивнул. Антитеррористическая операция Камши и Шихолы была спасена окончательно и бесповоротно.
— Подбросишь меня домой, Макс? — устало спросил Мелифаро, плюхаясь на заднее сиденье моего амобилера. — Джуффин теперь просто обязан освободить нас от службы на полдюжины дней. Давно я так не уставал!
— Да? От чего ты устал, интересно? Считать Бубутины унитазы? Оно и понятно, пальцев-то на руках не хватает!
— Издеваешься? Ну-ну… Не выношу я этих «семейных обедов», они меня в могилу загонят когда-нибудь! У нас дома — я имею в виду дом, где я вырос — каждый ест, когда проголодается, в том числе и гости. Поэтому в столовой всегда кто-нибудь жует, разве что ночью там пусто. Я так привык! А то сиди тут три часа за светской беседой с набитым ртом… Я-то думал, наши хозяева окажутся смешными, а они такие зануды… Хотя леди Улима, конечно, прелесть, и гриб — это нечто! — Мелифаро сам не заметил, как развеселился. — Да, грибочек — это событие, будет о чем рассказать ребятам!
— А портрет?! — хихикнул я. — А дюжина унитазов? А фамильное предание о том, как Бубута в юности полные штаны навалял? Каково, а!
Мелифаро уже ржал так, что амобилер подпрыгивал. Через четверть часа я благополучно выгрузил его возле дома, на улице Хмурых Туч, в самом сердце Старого Города, завистливо посмотрел ему вслед и отправился в Дом у Моста. Мне ведь еще и работать полагалось, между прочим!
Работа мне предстояла нелегкая: поудобнее устроить свою задницу в кресле, аккуратно водрузить ноги на священный стол сэра Джуффина Халли и приняться за героическое истребление бесконечных потоков камры. Бедняги курьеры едва успевали бегать в «Обжору» и обратно!
Подмога подоспела вовремя. Куруш флегматично клевал третье по счету пирожное. Кажется, он понемногу начинал испытывать отвращение к сладкому.
