В Волшебнице для короля два сердца встречаются в противостоянии магии и страсти. Эта романтическая история развивается вокруг юной сирены, чьи таланты заставляют мужчин восхищаться. Атмосфера книги — это смесь невероятных событий и дрожащей от нетерпения натяжки до краев....
Или у тебя с огоньками в лесу — мне понтиф Серго рассказал. — Взяв меня за запястье, Этен поправил ладонь, лежащую на коленях. Рука у него была теплая, шершавая, совсем не похожая на руку придворного, который командует горничными, камеристками и разбирается в тонкостях этикета. Очень мужская такая рука.
Я послушно села так, как мне было указано, и задумалась. Выходит, управлять магией здесь никто не умел — кроме короля, я сама видела, как он затушил разведенный мной в лесу огонь.
Но как быть с тем, что огнями я бросалась совершенно осознанно, когда хотела спугнуть разбойников? Причем за пару минут разобралась в том, как это делать, интуитивно, будто это знание всегда сидело внутри.
Вчера я ради интереса попробовала повторить метание огня в ванной, и едва не сожгла комнату, такой большой костер получился от одного моего осознанного жеста. Брешка потом спросила, почему в комнате пахнет горелым, а я едва успела спрятать подальше черную тряпку, в которую превратилось полотенце.
Ладно, подумаю об этом позже. Сейчас стоит сосредоточиться на разговоре.
Глава 13
Подняв глаза, я встретилась взглядом с Этеном, и тот поспешно отвернулся, а затем на его лице появилась широкая улыбка, будто кто-то переключил тумблер.
— Отлично! Мария, ты родилась для того, чтобы жить при дворе. Даже и не скажешь, что первый день сегодня занимаемся. А сейчас — столовый этикет! Тебе сегодня ужинать с королем, нельзя ударить лицом в грязь.
"Я поджала губы и попыталась лицом передать все, что думаю о короле и о том, чтобы с ним ужинать. Бесил меня этот «черный», ничего не могла с собой поделать. Слишком он жесткий, слишком властный, слишком непредсказуемый, слишком себе на уме. Не люблю таких людей и всегда стараюсь держаться от них подальше. А уж если у кого-то из них власть в руках — вообще пиши пропало, встречала я таких. “Черный” пока подтверждал мои опасения по всем фронтам: да этого короля слуги боятся, где же это видано!
— Выше нос! — засмеялся Этен.
В ответ я скривилась еще сильнее, за что получила отповедь: оказывается, настоящая леди не должна кривляться, а вот вести словесную пикировку — обязана уметь. Что ж, рискну предположить, что здешним леди и джентльменам в искусстве обмена тонкими оскорблениями далеко до факультета, где учатся скромные на вид студентки-культурологи.
