В Волшебнице для короля два сердца встречаются в противостоянии магии и страсти. Эта романтическая история развивается вокруг юной сирены, чьи таланты заставляют мужчин восхищаться. Атмосфера книги — это смесь невероятных событий и дрожащей от нетерпения натяжки до краев....
Ждать пришлось недолго.
— Леди Мария, — слегка склонив голову, король подошел к столу — такой же элегантный и подтянутый, как и всегда, с венцом из белого золота на голове. Так и не скажешь, что всего полчаса назад на ногах не стоял и почти сгорел.
Мы сели за длинный стол с противоположных сторон, слуги расставили еду и откланялись. Внезапно я поняла, что жутко голодна, король, кажется, разделял мой энтузиазм. Смакуя невероятно нежное мясо, поданное с пряным соусом и овощами, я пыталась не забывать о вбитых Этеном мне в голову манерах и думала, что мы с королем впервые находимся в одном помещении так долго и не пикируемся.
— Итак, — его величество отложил приборы и промокнул салфеткой губы. — Я вас внимательно слушаю.
— Прошу прощения?
— Кто вы такая, леди Мария? Откуда взялись и чего хотите?
— Это вы дали мне ту монету, — пробормотала я, старательно игнорируя первую часть вопроса. — Из-за нее я оказалась в замке, меня сюда просто привезли. Так что это я должна вас расспрашивать, ваше величество.
— И у меня были причины так действовать, но о них мы можем поговорить позже, — нахмурился король. — Вы не ответили на вопрос. Кто вы такая? Давайте я помогу, чтобы не тратить время. Итак, отбросим заранее неверные версии: вы не девица легкого поведения, это всерьез даже обсуждать смешно…
— Тогда какого черта все во дворце уверены в обратном?!
Король усмехнулся. Пристыженным и сожалеющим он не выглядел ни на грамм.
— Увы, леди Мария, ваше появление было столь… красноречивым, что сами понимаете, — он сделал многозначительную паузу.
Нет, ну каков наглец! Еще и издевается! Могу поспорить на что угодно, что для него — дело пары минут развеять все подозрения.
Тем временем король принялся загибать пальцы:
— Итак, вы точно не из знатного рода, учитывая ваши манеры. Вряд ли крестьянка, ведь ваши руки с работой в поле явно не знакомы. Кто же вы такая? Я слушаю.
— Я родилась и выросла в Монтевире в семье… торговца, — обтекаемо ответила я.
— Дядюшку вы, видимо, навещали в неглиже? Не узнали вашего короля и форменные камзолы его стражников, даже не поняли, какая ценность свалилась вам под ноги, — покивал король. — Звучит логично.
— А что вы ожидаете от меня услышать? — вспыхнула я, разозленная тем, что меня загоняют в угол.
А еще тем, что выбраться из него я не могу, слишком мало знаю об этом мире.
