Если Мира захочет, расскажет сама.
– О чем? – раздался ее тоненький дрожащий голосок. Теперь обернулись мы втроем – девушка стояла у порога, обхватив себя руками за плечи, и испуганно таращилась на нас большими глазами.
– О своей тайне, – отозвался Егор и протянул ей свежесваренный кофе – его аромат распространялся на всю кухню.
– О своей тайне? – переспросила Мира, машинально беря чашку в руки. – Вы хотите, чтобы он тоже знал?!
Ее глаза стали еще больше.
Я поймала ее взгляд и едва заметно покачала головой. Нет. Егору лучше этого не рассказывать. Он не поверит во все это – я бы на его месте точно не поверила. И решила бы, что мы все втроем не в себе. Возможно, даже употребляем что-либо, раз у нас такие странные галлюцинации. Разборок со старшим братом Ярослава мне не хотелось.
– Я… Я не могу вам сказать, – с самым несчастным видом прошептала Мира. Наверное, ей действительно тяжело. – Извините.
– Ты и не должна мне что-либо говорить, – отозвался Егор. – Это ведь твоя тайна. Но надеюсь, с тобой не случилось ничего плохого. Если что – ты можешь всегда обратиться за помощью ко мне, – с этими словами он вытащил свою рабочую визитку и протянул ее Мире. – Присаживайся и выпей кофе. Может быть, ты голодна? Я приготовлю тебе что-нибудь.
– Нет, спасибо, – отказалась Мира, сев в уголок, словно желая спрятаться ото всех.
– Какой вежливый, – фыркнул тотчас Яр. – Мне жрать никогда не готовит.
– Ты и не девушка, – отозвался Егор. – С какого перепуга я должен тебе готовить?
– Я твой младший брат! – заявил Ярослав.
– А мне иногда кажется, что сестра. Капризная и заносчивая, – широко улыбнулся Егор. Кажется, подтрунивать над Яром было для него обычным делом.
– Не позорь меня и не позорься сам, – прошипел Ярослав, видя, как улыбается Мира, наблюдая за их родственной перепалкой. Кажется, ей стало легче. Егор еще немного подразнил брата и извинился перед Мирой от имени той самой истеричной девушки, которая набросилась на нее, хотя я была уверена, что это его личная инициатива и той стерве нисколько не жаль. Потом Егор вдруг углядел на лбу и на руке Миры несколько царапин, оставшихся от сумки, вернее, от ее металлических украшений, и решительным образом обработал их, хотя Мира не знала, куда деваться от стыда. Ее бледные щеки пылали нежным румянцем, и она то и дело отводила взгляд в сторону, чтобы случайно не встретиться глазами с Егором. Кажется, он действительно ей нравился.
– Извините, что бросилась на вас, – наконец сказала Мира, когда Егор закончил обрабатывать царапины. Видимо, помнила все, что происходило с ее телом, пока в нем была душа Дашки.
– Ерунда, – отмахнулся тот. – Можешь обнимать меня при каждой нашей встрече. Это было неожиданно, но приятно.
Мира закусила губу.
– Нет, серьезно.