В старом замке, за шпили, окутанном тенями и ночной грозой, царил мрачный мрак. Зато здесь пахло сухим лавандой — легкое, но вяжущее ароматное природы, словно воспоминание об окутанном туманом саду. В нем был лишь один живой звук — скрип стены от его шагов по каменной дорожке....
От еды он отказался и лег на диван – сказал, что ему нехорошо. А потом у него так заболело сердце, что жена, испугавшись, вызвала «Скорую», хотя он и был против, говорил, что пройдет. И не зря вызвала – медики приехали в тот момент, когда отцу стало совсем плохо, и откачивали его прямо в квартире. А потом срочно повезли в больницу.
Несколько тяжелых часов Ранджи с матерью провели там, томясь от страшной неизвестности. Девушка сидела на лавке и бездумно смотрела на светящийся шарик в ладони. Она устала успокаивать маму и сама уже находилась на грани, но держалась.
Потом им с матерью все же удалось поговорить с врачом, и он сообщил, что сейчас состояние отца стабильно, но в ближайшем будущем ему потребуется операция на сердце.
– Сейчас ваш супруг в реанимации, если все будет хорошо, переведем завтра в обычную палату, – говорил врач с уставшими глазами – он только что вернулся из операционной, где занимался очередным срочным пациентом.
– А что сейчас делать? – испуганно спросила мать.
– Сейчас езжайте-ка вы домой, отдохните, наберитесь сил и приезжайте завтра, – сказал врач.
– А операция… Она точно поможет?
– Однозначного ответа дать нельзя, но шансы прожить до старости при хорошем ее исходе у вашего супруга заметно повысятся, – уклончиво ответил врач и ушел – его уже звали.
– Это все потому, что он грипп на ногах перенес, – заплакала мать, и Ранджи обняла ее. – А я ведь ему говорила…
– Все будет хорошо, – повторила девушка. – Даже не смей думать о плохом.
Ранджи снова вызвала такси – не хотела, чтобы мать в таком состоянии каталась на автобусе через весь город, и они вернулись домой.
Утром Ранджи чувствовала себя такой разбитой, будто всю ночь разгружала вагоны.
