В старом замке, за шпили, окутанном тенями и ночной грозой, царил мрачный мрак. Зато здесь пахло сухим лавандой — легкое, но вяжущее ароматное природы, словно воспоминание об окутанном туманом саду. В нем был лишь один живой звук — скрип стены от его шагов по каменной дорожке....
Перестав уже что-либо понимать, Ярослав опустился на лавочку и заметил, что беседка находится на краю обрыва – из нее открывался потрясающий вид на живописные холмы, горы с острыми вершинами и извилистую реку, вода в которой казалась жидким золотом – так блестела под закатным солнцем. Ветер усилился и нес с собой ночную прохладу, а в воздухе пахло небом и тайнами.
– Красиво здесь, – сказала Браслет, глядя вдаль. Закат действительно был прекрасным – яркий и обжигающий, словно нарисованный.
– Это место нереально, как оно может быть красивым? – со скепсисом спросил Ярослав, в очередной раз пытаясь понять, что с ним происходит.
– Это место когда-то существовало, – возразила Браслет. – Оно соткано из воспоминаний Вольги. И этим воспоминаниям больше тысячи лет. Так странно, – улыбнулась она солнцу, край которого коснулся горизонта, – столько времени прошло, на этом месте давно стоит город, а закаты все такие же прекрасные. И звезды светят все так же ярко.
– Я, конечно, понимаю, что тебе хочется полюбоваться небом и поболтать о прошлом, но ты расскажешь мне обо всем или нет? – рассердился парень.
– Расскажу, – улыбнулась Браслет. – Мы даже покажем тебе часть воспоминаний. А часть придет позднее.
– Мы? – снова переспросил Ярослав и вдруг увидел высокие стройные фигуры – мужские и женские. Они, полупрозрачные, сотканные из тени и медного блеска солнца, стояли на краю обрыва, неподвижные и прекрасные, словно воины, которые готовы защищать их любою ценой.
Братья и сестры Браслет – старшие и младшие артефакты, созданные Вольгой Святославовичем.
– Мы, – повторила Браслет и поднялась, тоже став полупрозрачной – солнечные лучи проходили сквозь нее, а она улыбалась, глядя на Ярослава. – Ты обо всем узнаешь. У тебя есть право знать.
Солнце вдруг стало невыносимо ярким – начало расти, заполняя своим медным светом небо.
Он увидел то, что было с его душой когда-то давно. Так давно, что эти воспоминания стали звездной пылью, растаявшей в вечности.
***Солнце ясное уже садилось, опаляя небосвод алым пламенем, а в цветущем саду воеводы Твердислава все еще было людно. На скамье сидела его дочь Лада, подперев щеку кулаком, а рядом, на траве – служки да челядинки.
