В старом замке, за шпили, окутанном тенями и ночной грозой, царил мрачный мрак. Зато здесь пахло сухим лавандой — легкое, но вяжущее ароматное природы, словно воспоминание об окутанном туманом саду. В нем был лишь один живой звук — скрип стены от его шагов по каменной дорожке....
– Что это было? – повторил он, не сводя глаз с Браслета, которая оставалась спокойной и с полуулыбкой смотрела вверх, на первые звезды, что перемигивались друг с другом на небосклоне.
– Ты уже знаешь ответ. Знал с самого начала, как только попал туда.
– Нет!
– Не стоит обманывать самого себя, – все с той же полуулыбкой сказала Браслет.
– Я не понимаю, что это было! – почти в отчаянии крикнул Ярослав. – Отвечай, что это было! Отвечай!
– Ваше прошлое. Твое и Насти, – отозвалась Браслет и печально вздохнула.
– И почему же не отправили? – хмыкнул Яр. Сердце постепенно успокаивалась, однако в нем отчего-то поселилась глубокая тоска, от которой хотелось выть волком. Словно его, это сердце, пробили навылет.
Взгляд Браслета стал серьезным.
– Преступления ваши были столь велики, что не заслужили вы Ирия, – сказала она.
– И давно ли любовь стала преступлением? – поинтересовался Ярослав с вызовом."
"– Не любовь стала преступлением, – с жалостью ответила Браслет и махнула рукой – несколько звезд сорвалось и полетело вниз.
– Тогда что же?
– Гордость. Вы оба осмелились пойти против естественного хода событий. Против самого неба. Как и мой создатель, сотворивший меня и моих братьев и сестер, – глаза Браслета вдруг сверкнули – так, будто в них отразилась вспышка падающей звезды. – Ты решил, что всесилен и можешь обмануть смерть. А Лада решила обмануть саму жизнь, оставшись мужчиной ради мести. Вы не заслужили Ирия, но и в Пекло вас не могли отправить ваши боги. Потому дали еще один шанс – переродиться и встретиться заново.
– Что за бред, – прошептал Ярослав, которому казалось, будто на него обрушилось само небо, и вот-вот его плечи не выдержат тяжкого груза.
