Автор
Врахованный мир при тихом шепоте и скрытых гадежах. Герцог Дарем умирает, и его дом становится местом для тайных разговоров. Слуги готовят все к последней встрече хозяина, молча следуя приказам старого властелина. Нотариус уже приготовлен для письменного долга по завещанию. Всем hurry-мейн образом отправляются уведомления сыновьям герцога — одному к полку в Дувр, другому в Лондон....
Пьеса была не новая, и распроданными оказались только половина мест. Эдвард предпочел бы скупить всю ложу, но лучше что-то, чем ничего.
Он приехал примерно в середине первого акта. В фойе театра было почти пусто, и только несколько припоздавших зрителей еще оставались в зале наверху. Эдвард поднялся по лестнице в бельэтаж. Ложа Ладлоу располагалась довольно далеко от лестницы. Он неслышно повернул ручку и проскользнул внутрь.
На мгновение Эдвард остановился, чтобы глаза привыкли к темноте, но Франческу увидел сразу.
"Он занял кресло рядом с Франческой, порадовавшись тому, что оно оказалось свободным. Она бросила на него быстрый взгляд, потом еще один, более пристальный, и беззвучно вскрикнула в потрясении.
— Добрый вечер, дорогая, — задыхающимся шепотом произнес он и, взяв ее руку, поднес к губам.
Целуя ее руку, Эдвард наблюдал, как удивление и даже испуг на лице Франчески сменились смущением, которое почти сразу сменилось откровенной радостью. Франческа восторженно улыбнулась, и Эдвард, приподняв бровь, просил:
— Мне тут рады?
Франческа раскрыла веер и принялась энергично им обмахиваться.
— Очень, — проговорила она, прикрывая лицо веером. — Я просто не ожидала вас тут увидеть.
Сидящая перед ними дама обернулась, и перья на ее шляпе возмущенно качнулись.
— Тсс!
Эдвард заговорщически улыбнулся Франческе, и она ответила ему такой же улыбкой. Глаза ее озорно блеснули. Уже то, что он сидел рядом с ней, наполняло его радостью. Довольно с него и этого. Пока довольно. Он повернул голову к сцене. Он ловил каждый шорох ее платья, она была рада ему. По дороге в театр у Эдварда мелькнула мысль о том, что, возможно, не стоило так явно и прилюдно демонстрировать свой к ней интерес, тем более что роман их едва успел начаться.
Франческа остро чувствовала его присутствие, его близость. Она не услышала, как он вошел, но теперь Эдвард, казалось, заполнял собой все пространство ложи, окутав ее теплом своего тела.
