Автор
Врахованный мир при тихом шепоте и скрытых гадежах. Герцог Дарем умирает, и его дом становится местом для тайных разговоров. Слуги готовят все к последней встрече хозяина, молча следуя приказам старого властелина. Нотариус уже приготовлен для письменного долга по завещанию. Всем hurry-мейн образом отправляются уведомления сыновьям герцога — одному к полку в Дувр, другому в Лондон....
Если кто и мог ей помочь, то лишь она сама, а она, скорее всего уже сделала свой выбор. Долг и обязательства. Он еще раз пожал ее руку.
— До свидания, моя дорогая.
— До свидания, — прошептала она. — Спасибо за понимание.
Эдвард поклонился, и она ушла, проскользнув мимо него, поспешив назад, к родственникам. Эдвард смотрел ей вслед, наблюдая за тем, как она скрылась за углом, про себя желая ей счастья. Возможно, столько же счастья, сколько он открывал для себя. Эдвард повернул назад, к ложе под номером двадцать шесть, и сердце его радостно забилось в предвкушении.
"Эдварда не было так долго, что Франческа начала беспокоиться. Возможно, поведение Олконбери так его возмутило, что он решил больше не возвращаться. Возможно, в фойе он встретил кого-нибудь из своих знакомых, кто заставил его пересмотреть его отношение к ней. Быть может, он счел непристойным демонстрировать их отношения на публике. Франческа понимала, что в ее положении надо вести себя скромно и терпеливо, но она не могла справиться с эмоциями.
До конца акта они оба не проронили ни слова. Когда раздались аплодисменты, Эдвард наклонился к ней.
— Франческа, — сказал он едва слышным шепотом, согревая дыханием ее щеку, — я хочу тебя.
Сердце ее подпрыгнуло. Она повернула голову, продолжая при этом смотреть на сцену.
— Сейчас? — пробормотала она улыбаясь.
— Да.
О Боже. Сердце ее билось, словно птица в клетке, она едва могла дышать.
— Здесь?
Зрители, сидящие перед ними, недовольно заерзали. Она взмолилась о том, чтобы никто из них не обернулся и не заметил ее румянца и блестящих глаз.
Она чувствовала, что Эдварда забавляет ее состояние.
— Пойдем. — Он протянул ей руку, и она, едва ли понимая, что делает, схватила его руку и позволила ему вывести ее из ложи.
Когда он открыл дверь, она оглянулась и беспомощно улыбнулась Салли. Подруга ее, округлив от изумления глаза, лишь покачала головой, беззвучно прощаясь.
Он ничего не говорил, пока они шли по пустым театральным коридорам. Внизу, в фойе, Эдвард послал мальчика-слугу за своей каретой.
