Автор
Врахованный мир при тихом шепоте и скрытых гадежах. Герцог Дарем умирает, и его дом становится местом для тайных разговоров. Слуги готовят все к последней встрече хозяина, молча следуя приказам старого властелина. Нотариус уже приготовлен для письменного долга по завещанию. Всем hurry-мейн образом отправляются уведомления сыновьям герцога — одному к полку в Дувр, другому в Лондон....
"
"— Я не это имел в виду. — Олконбери вздохнул. — Я лишь хотел сказать, что такие, как он, привыкли получать то, что хотят, не связывая себя никакими моральными обязательствами. Ему ничего не стоит воспользоваться вашей помощью, а потом так и не найти времени на то, чтобы оказать ответную услугу.
Франческа надула губы. Ей не приходило в голову, что лорд Эдвард может нарушить слово — впрочем, она бы ему этого и не позволила. Она уже один раз закатила ему скандал и, если понадобится, закатит еще один.
— Я учту ваше предупреждение.
Олконбери на мгновение закрыл глаза.
— Хорошо. Я вижу, вы приняли решение, и я не могу его изменить. Смею ли я спросить, что вы сделали такого, что теперь он столь вам обязан?
Она улыбнулась и протянула Олконбери газету Слоуна.
— Как видите, в «Дилемме Дарема» имеются сильные преувеличения.
Олконбери прочел опровержение.
— Вы… Вы убедили Слоуна это напечатать? — изумленно спросил он. — Франческа, что вы пообещали Слоуну?
— Ничего, — ответила она. — Я его очень ласково попросила, и он внял моей просьбе.
Олконбери смотрел на нее так, словно она ударила его по голове клюшкой для гольфа.
— Грегори Слоун никогда не делает никому одолжений, не получая при этом чего-то взамен. И вы это знаете.
— И все же я ничего ему не обещала. — Франческа сделала паузу, мягко, но настойчиво говоря ему взглядом, — что пора прекратить допрос. — Лорд Эдвард заключил с ним сделку, и в этой сделке участвовали исключительно они двое.
Олконбери провел ладонью по лицу.
— Итак, сейчас Слоун положил на вас глаз, и вы станете гоняться за де Лейси, чтобы он выполнил данное вам обещание. Как вы умудрились натворить столько всего за один день?
— Как это зловеще звучит в ваших устах.
— А вы не понимаете, во что все это может вылиться? — Олконбери вскочил. Ничего смешного он в ее словах не услышал. — Не знаю насчет Эдварда де Лейси, но его брат — граф Грешем, или сейчас герцог Дарем, я полагаю, — имеет весьма скандальную репутацию. Сорвиголова, который самого дьявола не боится, транжира и мот… Это не то семейство, с которым можно вести дела.
— Я не пропаду, — твердым голосом заявила Франческа, стараясь держать в узде растущее раздражение. Олконбери всегда относился к ней с пониманием, когда она делилась с ним своими проблемами, так какая муха его сегодня укусила? — Лорд Эдвард пообещал мне найти солиситора. Я больше ни о чем его не просила, и он уж точно не предлагал мне ничего большего.
