Вонгозеро — это мрачное и тихое место, где каменные стены и холодный осадок в воздухе создают атмосферу вечной тишины. Глава переступает через лестничные клетки с отвращением, каждый шаг напоминает ему об исчезнувшей бабушке, чья дверь он больше не здоровается с ней вовремя....
— Совсем новый, небольшой, домов десять-двенадцать, его недавно достроили, я даже не уверена, что там кто-нибудь живет.
— Столько дыма, — сказал Сережа, не оборачиваясь ко мне, — похоже, это дом горит.
— Может, съездим, посмотрим? — предложил Мишка. — Тут километра полтора всего, — и, прежде чем я успела что-нибудь возразить, Сережа сказал:
— Нечего там смотреть, Мишка. Мы этих пожаров несколько видели по дороге сегодня ночью и еще увидим достаточно, можешь не сомневаться. — Он взглянул на отца. — Все происходит слишком быстро, пап, а мы, похоже, отстаем.
— Мы почти все собрали, — сказала я. — Ждать уже ничего не нужно, давайте погрузимся и поедем.
— У меня бак пустой, Аня, — ответил Сережа, — мы вчера не успели заправиться, и ночью тоже было не до этого. Вы пока грузитесь, а я прокачусь по заправкам — может быть, что-то еще работает.
— Я поеду с тобой, — сказал папа Боря, — сейчас лучше не ездить одному. С девочками пусть Леня посидит — пойду, схожу за ним.
И все вдруг разошлись — папа возился в прихожей, выуживая свою охотничью куртку из-под остальной одежды, висевшей на вешалке, мальчик вдруг сказал громко: «Мама, я писать хочу», и Мишка увел их; мы с Сережей остались в гостиной одни, и я наконец смогла подойти к нему, обхватить за шею и прижаться щекой к его шерстяному свитеру.
— Я не хочу, чтобы ты ехал, — сказала я свитеру, не поднимая глаз.
— Малыш, — начал Сережа, но я перебила его:
— Я знаю. Я просто не хочу, чтобы ты ехал.
Мы постояли так немного, не говоря больше ни слова, — где-то в доме текла вода, хлопали двери, слышны были голоса, а я обнимала его обеими руками и думала о том, что сейчас вернется папа и приведет Леню — охранять нас, а еще раньше — наверное, через секунду или две — вернутся Ира с мальчиком, и мне придется разжать руки и отпустить его.
— Анька, выше нос, никуда мы его у тебя не забираем. Ваш Леня — запасливый мужик, у него в подвале генератор, мы только что проверили — там литров сто солярки, не меньше. Давай, Серега, надо открыть ворота, Аня, да отпусти ты его наконец, дальше ворот он не выйдет — пора грузиться, нам лучше выехать до темноты.
