Вонгозеро — это мрачное и тихое место, где каменные стены и холодный осадок в воздухе создают атмосферу вечной тишины. Глава переступает через лестничные клетки с отвращением, каждый шаг напоминает ему об исчезнувшей бабушке, чья дверь он больше не здоровается с ней вовремя....
Там одни мосты, здесь, здесь и здесь, до самого Петрозаводска, и даже если они не все такие, как этот новгородский, — вам хватит одного, надеюсь, это понятно.
Сережа тут же кивнул — слишком быстро, подумала я — и придвинул к Андрею карту:
— Хорошо. Что ты предлагаешь?
Андрей наклонился над тускло освещенным листком бумаги, от которого зависело теперь наше спасение, нахмурился и замолчал — надолго, на несколько минут, а мы стояли вокруг и просто ждали его ответа — словно никому из нас уже не могло прийти в голову ничего стоящего, мне показалось даже, что никто не смотрел на карту — только ему в лицо, и неизвестно, сколько бы мы так простояли, если бы папа, уже снова стоявший чуть поодаль с карабином в руке, чтобы видеть дорогу, не прервал этого почти благоговейного ожидания:
— Дай-ка мне, — сказал он, довольно бесцеремонно отпихнул застывшего над картой Андрея, развернул листок бумаги к себе и почти тут же ткнул своим желтоватым пальцем с обломанным ногтем куда-то сильно правее: — Вот здесь мы пойдем.
— Там тоже есть мосты, — возразил Андрей немедленно."
"— Ну, если ты искал дорогу отсюда до Карелии, чтобы вовсе реки не пересекать, то давай еще пару часов подумаем. Здесь не Казахстан, реки будут — куда без них, но зато после Устюжны до самого верха уже ни одного большого города, а значит, народу там немного.
— Дело ваше, — проговорил Андрей и отошел на шаг от капота; папа живо повернулся к нему и снова протянул карту, которую успел сложить вдвое:
— Так у тебя была другая идея? Покажи, — он улыбнулся, — только думай скорее, мы тут битый час уже торчим прямо под носом у этих, — и он неопределенно качнул головой в сторону оставшейся позади деревни.
— Ладно, ладно, нормальный маршрут, — карту Андрей не взял, и лицо у него было недовольное.
Сережа наблюдал за ними, не вмешиваясь, и Леня тоже молчал, переводя взгляд с одного на другого; я мельком взглянула на Иру и неожиданно поймала ее взгляд — с удивлением я заметила, что она закатила глаза и едва заметно улыбнулась, ты тоже его не любишь, подумала я, надо же.
