— Ты опять!? — ужаснулся Гордей, с беспокойством покосившись в сторону дверей ректорского кабинета, со стоном поднимая лицо к потолку. — Ната, блин, ну почему тебе вечно нужно руки распускать? Не могли уйти спокойно.
— Так, а ну ша, — рыкнула на него, зыркнув недовольно. — Ты слушать будешь или как?
— Молчу, молчу, — закивал, выжидающе переводя взгляд с одной девушки на другую
— Короче, эти листы его книгой оказались, — хохотнула Майя, будто вновь вспоминая тот момент в кабинете, когда краснеющий точно вареный рак ректор умолял положить свой шедевр обратно на стол.
— Социальный роман, который собирался в издательство отправить. А тут Наташка им собралась об макушку приложить. Кощунство.
— Наш ректор пишет книги? — выгнул брови, неверяще открыв рот, изумленно выдохнул Гордей — Вот уж много я о Василии Сергеевиче не знал.
Казался-то таким принципиальным ученым, правда, с жаждой наживы, но у кого ее нет, когда на таком месте сидишь. Свою работу в отношении улучшения качества работы университета выполнял и ладно.
— Угу, — закивала Майя, — вот и мы удивились. А Натаха возьми, да начни его там читать. Прямо при нем.
— И что? — вот теперь любопытство раздирало, особенно глядя в хитрое лицо Таракановой, улыбнувшейся коварно. Лиса, вот как она есть, только прикидывается хорошим зверьком.
— Разнесла в пух и прах, — гоготнула блондинка, повиснув на парне. — Там такой кошмарище, мне от названия тошно стало. Прикинь, назвал «Наши последние минуты». Я б вот, прочитав, подумала, что о смерти. А там ерунда какая-то про проблемы общества.
Да еще занудно, на три страницы расписывал унылые будни на уроке математики подростка в школе. Толстой блин, недобитый собственным томиком, — причмокнула губами."
"— Представляю, что он на это ответил, — помрачнел, прикидывая, как теперь выкручиваться. Придется Наташе в другом месте перепоступать, а там еще не факт, что она не найдет кого-то более подходящего по статусу. Гришавского очередного, только получше. Зачем нужен ботаник, если есть из чего выбирать?
Мысли уже направились куда-то в унылые дали, полезло вновь забытое чувство собственной безысходности, потом наступила стадия возмущения.
Не собирался же сдаваться на радость обстоятельствам. Так задумался, погрузившись в мысли, что не уловил сразу слова Майи:
— … короче она ему реально помогла.
— А?
Хлопнул ресницами, уставившись на Топтыгину.
— Ты слушаешь вообще, але? — щелкнула пальцами перед его носом Наташка, привлекая внимания, изгоняя демонов из головы.
