Как будто, кроме этого, ничего в жизни нет.
— Ли заговаривал когда-нибудь о службе в армии?
— Редко.
— Но вы расспрашивали его? — Она медленно кивнула. — Ты знала, что он увлекается оружием?
— Я знала, что у него есть фотографии… — Она прикусила губу, но было поздно.
— В гардеробе, на задней стороне дверцы, — добавила Шивон. — Не каждому это известно, Тири.
— Ну и что из того? — повысила голос Тири. Она вновь принялась крутить свою цепочку.
— Никто тебя ни в чем не подозревает, Тири, — сказал Ребус. — Мы просто хотим выяснить, что заставило его так поступить.
— А мне откуда знать?
— Потому что ты была с ним знакома, а знакомых, кажется, у него было не так уж много.
Тири замотала головой:
— Он никогда мне ничего не рассказывал. Такой уж он был — вечные секреты. Но мне и в голову не приходило, что он может…
— Не приходило?
Она пристально взглянула на Ребуса, но промолчала.
— Он никогда не показывал тебе пистолета, Тири? — спросила Шивон.
— Нет.
— Не намекал, что у него имеется оружие?
Она покачала головой.
— Ты говоришь, что он не был с тобой откровенен… ну а противоположное?
— Вы о чем?
— Тебя он расспрашивал? Ты рассказывала ему о своей семье?
— Может, и рассказывала.
Ребус наклонился к ней:
— Нам было очень больно узнать о твоем брате, Тири.
Шивон тоже подалась вперед:
— Возможно, ты рассказала о катастрофе Ли Хердману?
— Или кто-нибудь из твоих товарищей рассказал? — добавил Ребус.
Тири увидела, что они берут ее в тиски. Некуда было деться от их вопросов и взглядов. Она положила на стол фотографию и сконцентрировала на ней все внимание.
— Это не Ли снимал, — сказала она, словно пытаясь переменить тему разговора.
— С кем еще мы могли бы поговорить, Тири? Из тех, кто бывал на вечеринках у Ли?
— Я не хочу больше отвечать на вопросы.
— Почему же, Тири? — спросила Шивон, нахмурившись, словно бы в искреннем удивлении.
— Не хочу, и все!
— Назови других, — сказал Ребус, — и мы оставим тебя в покое.
Просидев так еще минуту, Тири Коттер поднялась и, встав на банкетку, спрыгнула на пол с другой ее стороны. Ее прозрачные черные юбки заколыхались вокруг ног. Не оглядываясь, она направилась к двери и, распахнув, хлопнула ею за собой. Ребус взглянул на Шивон и улыбнулся недовольной улыбкой.
— С норовом девица, — сказал он.
— Мы напугали ее, — заметила Шивон. — Когда мы заговорили о смерти брата, она запаниковала.
— Может быть, просто они были очень близки, — возразил Ребус. — Ты ведь не считаешь, что она была как-то причастна к его гибели?
— И все равно, — сказала Шивон. — Что-то тут…
Дверь опять распахнулась, и Тири Коттер прошествовала к их столику. Опершись на него обеими руками, она приблизила лицо к следователям.
— Джеймс Белл, — сквозь зубы прошипела она.