В частной школе Эдинбурга происходит трагедия: бывший военный убивает двух подростков и кончает с собой. Инспектор Ребус уверен, что понимает произошедшее, но поиски истинного мотива преступления затягивают его в опасную спираль интриг и тайн, далеко выходящих за пределы очевидного убийства.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Вопрос крови» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В частной школе Эдинбурга происходит трагедия: бывший военный убивает двух подростков и кончает с собой. Инспектор Ребус уверен, что понимает произошедшее, но поиски истинного мотива преступления затягивают его в опасную спираль интриг и тайн, далеко выходящих за пределы очевидного убийства.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Иэн Рэнкин Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
В частной школе Эдинбурга происходит трагедия: бывший военный убивает двух подростков и кончает с собой. Инспектор Ребус уверен, что понимает произошедшее, но поиски истинного мотива преступления затягивают его в опасную спираль интриг и тайн, далеко выходящих за пределы очевидного убийства.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ты же была там и все видела. — Он не сводил с нее глаз, ожидая кивка. Он был прав: Ферстоун первым бросился на него, Ребус оттолкнул его, кинул на столик и пытался удержать на нем, пока у столика не подломилась ножка, после чего оба свалились на пол и, сцепившись, катались, продолжая тузить друг друга. Все это заняло считаные секунды. Голосом, дрожащим от ярости, Ферстоун велел им убираться. Ребус погрозил ему пальцем, вновь повторив, чтобы тот «держался подальше от сержанта Кларк».
— А ну, выметайтесь-ка отсюда, вы оба!
Она тронула Ребуса за плечо:
— Все, все. Идем.
— Думаете, все? — В углах рта у Ферстоуна закипала слюна.
— Лучше пусть будет так, приятель, не то ведь и красным петухом все может окончиться. — Это были последние слова Ребуса, уже напоследок.
Ей хотелось спросить у него, что он имел в виду, но вместо этого она заказала еще по стаканчику. Вечером, улегшись в постель, она долго глядела в темный потолок, потом задремала и вдруг очнулась от приступа страха. Она вскочила, адреналин в крови так и бурлил. Она выползла из спальни на четвереньках, уверенная, что если встанет в полный рост, то тут же и умрет. Мало-помалу страх оставил ее, и она поднялась на ноги, держась за стену. Медленно она вернулась к постели и легла, свернувшись калачиком.
Ваше состояние — вовсе не редкость, как вы могли бы подумать, заверил ее доктор после второго приступа.
Между тем Мартин Ферстоун подал заявление о нападении на него, а потом забрал его и продолжал досаждать ей звонками. Она скрывала их от Ребуса, гоня от себя мысль о том, что могли бы значить загадочные слова о «красном петухе»."
"В отделе было пусто. Сотрудники разъехались по заданиям или же пропадали в суде, дожидаясь своей очереди, чтобы дать показания. Там вечно приходилось ждать — ждешь и ждешь до обморока или до изменения искового заявления. То присяжный неизвестно почему отсутствует, то заболел основной свидетель. Время уходит в песок, а потом тебя огорошат приговором «невиновен». И даже если вынесут обвинительный приговор, то сведется он к штрафу или отсроченному наказанию. Тюрьмы переполнены, и к заключению под стражу прибегают лишь в крайнем случае. Шивон не считала, что именно это выработало в ней толику цинизма, — просто она научилась здраво смотреть на вещи. Эдинбург теперь нередко обвиняют в том, что полицейских в нем меньше, чем инспекторов дорожного движения. А когда случается что-нибудь наподобие Саут-Квинсферри, тут уж вообще начинается бог знает что: этот в отпуске, тот болен, другой пишет отчеты, еще один — в суде, а ведь сутки не резиновые. Шивон знала, что у нее завал работы: из-за Ферстоуна страдают ее дела.
