И приводила с собой готов.
— А ты, случаем, не гот, Джеймс? — спросила Шивон.
Он издал короткий смешок:
— Разве я похож?
Шивон пожала плечами:
— Но музыка, которую ты слушаешь…
— Это просто рок, и больше ничего.
Она подняла с постели миниатюрный плеер.
— МП-3, — уважительно проговорила она. — А Дугласа Бримсона ты на этих вечеринках не встречал?
— Это который летчик? — Шивон кивнула. — Да, я разговаривал с ним однажды. — Он помолчал. — Послушайте, это ведь не были «вечеринки» в прямом смысле слова, никто ничего не устраивал. Просто люди заходили, выпивали…
— Наркотиками баловались? — как бы между прочим задал вопрос Ребус.
— Иногда, — признался Джеймс.
— Амфетамины? Кока? А может, экстази?
Подросток фыркнул:
— Да какое там!.. Косячок-другой с марихуаной по кругу, да и то если повезет!
— И ничего посущественнее?
— Нет.
Раздался стук в дверь. Это была миссис Белл. Она взглянула на посетителей так, словно совершенно забыла об их присутствии в доме.
— О… — воскликнула она в секундном замешательстве. — Я приготовила сандвичи, Джеймс. Пить что ты будешь?
— Я не голоден.
— Но пора поесть.
— Ты что, хочешь, чтобы меня вырвало?
— Нет… разумеется, нет."
"— Я скажу тебе, когда проголодаюсь. — Он говорил на повышенных тонах, но не потому, что сердился, решил Ребус, а потому, что был смущен. — А вот кофе я выпью, только молока лей поменьше.
— Хорошо, — сказала мать и обратилась к Ребусу: — А вы хотите?…
— Нет, мы уже уезжаем, тем не менее спасибо, миссис Белл.
Она кивнула, постояла секунду, словно позабыв, что собиралась сделать, потом повернулась и вышла, неслышно ступая по ковру.
— У твоей мамы проблемы со здоровьем? — спросил Ребус.
— Сами не видите? — Джеймс заерзал в постели. — Столько лет рядом с отцом… не удивительно.
— Вы не ладите с отцом?
— Не особенно.
— Ты в курсе, что он подал жалобу?
Джеймс поморщился.
— Большой смысл… — Он помолчал. — Это Тири Коттер?
— Что «Тири Коттер»?
— Это она наболтала вам, что я бывал у Ли? — Он помолчал. — Наверняка без нее не обошлось. — Он опять заерзал в постели, словно пытаясь лечь поудобнее.
— Может, тебе помочь? — предложила Шивон.
Джеймс покачал головой:
— Наверное, мне надо опять принять болеутоляющее.
Шивон отыскала лежавшую с другого бока от него на разложенной шахматной доске полоску фольги с пилюлями. Она дала ему две штуки, и он запил их водой.
— Последний вопрос, Джеймс, — сказал Ребус, — и мы оставим тебя в покое.
— Какой?
Ребус кивнул в сторону пилюль:
— Дашь мне пару штучек? А то мои кончились…
У Шивон в машине нашлось полбутылки «Айрн-брю», и Ребус проглотил таблетки, после каждой отхлебывая из бутылки.
— Старайся, чтобы это не превратилось в привычку, — сказала Шивон.