Автор
Дверь высокой массивной двери вздымается и опускается, будто тяжелый дыхом червь. Я дома. Страх сжимает грудь, дышать становится трудно — я зажмуриваюсь, а сердце словно прилипает к горлу. Пальцы тревожат нижнюю губу, вдохи затягиваются глубже, но все это не помогает успокоиться. И внезапно из темноты доносятся голоса — бросаются в глаза нарастающая ругань....
- Ну, что я опять такого сказала? – окончательно растерявшись.
- Ни что, а как… – Кирилл судорожно вздохнул. – Я стану твоим первым… Мелочь.
Спустя одно звенящее мгновение.
- Когда? – затаила дыхание я.
- Скоро. Очень. Иначе сдохну. Ты – мой персональный ад. Алина.
А это уже мой сиплый вздох.
- Я немного боюсь, Кирилл…
Ложь.
Страшно безумно…
Прямо до паники.
- Я тоже, звездец, как боюсь, мелочь.
- А тебе-то чего бояться? – нервно хихикнула.
- Ну как? Это ведь твой первый раз. Испортить впечатление. Сделать что-то не так.
- А сейчас готов взять? – адресовала Воронову насмешливо-испытующий взгляд.
- Готов, – притянул меня к себе так близко, что я буквально кожей чувствовала нашествие его мурашек на мое одеревеневшее тело.
Его дыхание было таким же неровным, как и мое. Горячим. Надсадным. Раскаленные ладони скользили по лицу, спускаясь на шею, к ключицам, ниже… Нас обоих лихорадило.
- Ты у меня еще такой цветочек.
- То есть как это без завышенных ожиданий, Воронов? – прижалась к его гладковыбритой скуле губами, – Ты не собираешься меня удивлять? – провела по ней языком. – М?
Поцеловала в шею, ощутив под своими губами его взбесившийся пульс. Кирилл резко отпрянул, до хруста стискивая челюсти.
- Бляха… Алин! – посмотрел на меня так, будто своими прикосновениями я сделала ему больно. – Ты даже не представляешь, как я хочу тебя удивлять… до седьмого пота!
Присел на кровати.
- Просто я, звездец, какой не сдержанный… А с тобой… Ведь все должно быть иначе… Тупо боюсь попутать берега… Потому что долго ждал…. И эти несколько дней в постоянном контакте… Мучение. Это какой-то мазохизм, честное слово… Хочу до трясучки… Эмаль на зубах трескается… Но начало взрослой жизни, видишь ли, немного отличается от того, что описывают в слащавых книжках…
От его красноречивых признаний в голове совсем не осталось слов.
- В моей жизни было столько дерьма… А ты что-то сверхъестественное. Неземное. Чистое. Хрупкое. Я всему тебя научу… Слышишь, мелочь? Ничего не бойся. Я тут обсуждал с Лехой…
- С Лехой? – выдохнула возмущенно. – И что же ты с ним обсуждал???
- У них с Натахой тоже недавно все перешло во взрослую фазу. Перетерли.
Перетерли они…
Из пунцовой, наверное, я стала красной, как рак."
"- Ну да, я реально заморочился.
