Егор Воронцов достиг успеха и уверен в своем пути, но враги не дремлют. Новые испытания и неожиданные препятствия грозят разрушить все достижения героя. Ему предстоит найти в себе силы для финального противостояния и доказать, что перезагрузка — это не конец, а начало новой борьбы.
Раздел Chitat.online для книги «Воронцов. Перезагрузка. Книга 3» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Егор Воронцов достиг успеха и уверен в своем пути, но враги не дремлют. Новые испытания и неожиданные препятствия грозят разрушить все достижения героя. Ему предстоит найти в себе силы для финального противостояния и доказать, что перезагрузка — это не конец, а начало новой борьбы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Егор Воронцов достиг успеха и уверен в своем пути, но враги не дремлют. Новые испытания и неожиданные препятствия грозят разрушить все достижения героя. Ему предстоит найти в себе силы для финального противостояния и доказать, что перезагрузка — это не конец, а начало новой борьбы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Воронцов. Перезагрузка. Книга 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— И хлеб печёт так, что пальчики оближешь, — с гордостью добавил Алексей, обнимая жену за плечи.
— Вот и хорошо! — сказал я и направил их к Захару, чтоб тот показал им дом:
— Захар, проводи их, покажи, где жить будут.
Захар кивнул и повёл новую семью показывать их будущее жилище. Дети, вначале державшиеся настороженно, уже освоились и с любопытством глазели по сторонам, разглядывая новое место. Деревенские ребятишки, преодолев первоначальную робость, уже крутились рядом, заводя знакомство.
Я же вернулся к обозу, чтобы проверить привезённый товар. С обозом доставили всё, что заказывали: зерно и пшеницу и овёс для посева, муки несколько мешков, пару мешков соли — важнейшей ценности для засолки и консервирования. Так же привезли разных тканей — холстину для повседневной одежды, немного шерсти для зимних вещей, даже отрез ситца яркого для праздничных нарядов.
Отдельно разгружали горшки разные глиняные — большие и малые, для готовки и хранения, гвоздей да скоб металлических целый ящик (эти для строительства очень нужны были), масла пару горшков, сахара мешочек маленький — роскошь по нынешним временам, мёда бочонок душистого, из липовых лесов.
— Смотрите-ка, барин, — окликнул меня Митяй, указывая на мешок, из которого доносилось кудахтанье, — кур привезли!
Действительно, в мешке оказался десяток кур-несушек — все здоровые доехали. Наше небольшое хозяйство пополнялось, и это радовало.
Кузнец из города передал пилы новые — пять штук, такие как прошлый раз делал — из закалённого металла, чуть тоньше даже сделал. Я внимательно осмотрел их, проверяя остроту зубьев — работа была отличная, такими пилами можно было значительно ускорить распиловку леса."
"Пока мы разгружали и проверяли привезённое, мои мужики уже загружали возы досками — ровными, хорошо обструганными, без сучков и трещин. Работа шла слаженно, без суеты — уже привыкли к такому обмену.
Игорь Савельич, наблюдавший за погрузкой, одобрительно кивал:
— Хороша доска, барин, что и говорить. В городе за неё втридорога берут. Да и не всегда такого качества найдёшь.
— Стараемся, — скромно ответил я, хотя внутри разливалось приятное тепло от похвалы. — Так может уже и по полтора рубля будете брать? — пошутил я. Тот аж задохнулся, но вовремя понял, что я шучу, улыбнулся.
Загрузив возы, обоз не стал задерживаться, как всегда не согласившись обедать, ссылаясь на долгую дорогу. Игорь Савельич взмахнул кнутом, и лошади тронулись.
Когда обоз уехал, я озадачил Степана разобрать и распределить все, что привезли из города. Тот, кивнув нескольким мужикам да бабам, тут же принялся выполнять указания. Видно было, как загорелись глаза у деревенских — каждый надеялся получить что-нибудь особенное из городских товаров.
