Егор Воронцов достиг успеха и уверен в своем пути, но враги не дремлют. Новые испытания и неожиданные препятствия грозят разрушить все достижения героя. Ему предстоит найти в себе силы для финального противостояния и доказать, что перезагрузка — это не конец, а начало новой борьбы.
Раздел Chitat.online для книги «Воронцов. Перезагрузка. Книга 3» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Егор Воронцов достиг успеха и уверен в своем пути, но враги не дремлют. Новые испытания и неожиданные препятствия грозят разрушить все достижения героя. Ему предстоит найти в себе силы для финального противостояния и доказать, что перезагрузка — это не конец, а начало новой борьбы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Егор Воронцов достиг успеха и уверен в своем пути, но враги не дремлют. Новые испытания и неожиданные препятствия грозят разрушить все достижения героя. Ему предстоит найти в себе силы для финального противостояния и доказать, что перезагрузка — это не конец, а начало новой борьбы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Воронцов. Перезагрузка. Книга 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Каша гречневая с маслом, хлеб свежий, только из печи, мёд липовый, чай с травами.
Я кивнул и протянул ему медяк. Парнишка ловко подхватил монетку, поклонился и выскочил за дверь. Машка тем временем подошла к столу и замерла в восхищении, разглядывая нехитрое, но аппетитное угощение.
— Ну что, — подмигнул я ей, — не лучше ли это вяленого мяса с сухарями?
— Куда там, — улыбнулась она. — В городе-то всё по-другому. Тут и еда господская.
Мы сели завтракать, и я с удовольствием наблюдал, как Машка уплетает кашу и нахваливает хлеб с мёдом. Она так старательно облизывала ложку, что я невольно улыбался, глядя на неё."
"За едой мы обсуждали планы на день. Машка, конечно, больше всего рвалась на ярмарку — посмотреть товары, особенно ткани и украшения. Я же напомнил, что главное дело у нас — продать доски да проверить, как продвигается работа у кузнеца.
— Сначала на ярмарку поедем, — решил я. — Там и доски продадим, и товары поглядим. А потом уж к кузнецу заглянем.
— А мужики-то наши как? — спохватилась Машка. — Захар вчера говорил, что пиво здесь забористое. Не разморило ли их?
— Сейчас проверим, — усмехнулся я. — Пойдём вниз, глянем на наших молодцов.
Спустившись в общую залу постоялого двора, мы обнаружили там Захара, Фому, Пахома, Митяя и Никифора. Вид у всех был, мягко говоря, помятый, кроме Митяя. Особенно у Фомы — тот сидел, обхватив голову руками, и смотрел в кружку с рассолом так, словно это было последнее средство от смертельной хвори.
— Доброго утречка, молодцы, — поприветствовал я их с нарочитой бодростью. — Как спалось-почивалось?
— И вам доброго здравия, Егор Андреич, — отозвался Захар, пытаясь выпрямиться и выглядеть молодцом.
— Что, хмельное вчера было доброе? — усмехнулся я, садясь напротив них.
— Забористое, — признал Захар, потирая висок. — Не рассчитали маленько.
— Говорил же я вам — на пиво не налегать, — покачал я головой. — Ну, да что теперь. Все в строю?
— Все, все, — поспешил заверить меня Захар. — Мы уж и рассолу похлебали, и квасу холодного. Скоро оклемаемся.
— Смотрите у меня, — пригрозил я, хотя в голосе моём не было настоящей строгости. — Чтоб к выезду все были как огурчики. Дел сегодня много.
— Не сумлевайтесь, Егор Андреич, — заверил меня Пахом. — Всё сделаем в лучшем виде.
— Телеги уже запряжены, — добавил Никифор. — Мы с Пахомом с рассветом всё проверили.
— Вот и ладно, — кивнул я. — Заканчивайте свой рассол, и через полчаса выезжаем. На ярмарку, доски продавать.
Когда мы с Машкой вышли во двор, она тихонько рассмеялась:
— Бедные наши мужички! Ох и досталось же им вчера. Особливо папеньке— он ведь с непривычки, поди, и меры не знает. Дома то матушка строго следит.
— Ничего, — отмахнулся я. — До ярмарки доедем, ветерком обдует — враз полегчает. Да и дело отвлечёт.
