В черном дыму над лесом чувствовалась угроза, будто призрак тьмы нарушал мир. Кровь прыгнула в жилах, понимание доносилось отчаянно — эти костры не просто были обычными торговыми огнями, а маскировкой. Скрежет зубов и холодная дрожь по спине говорили, что торговцы готовятся к большому делу, которое могло угрожать всем....
Похоже, «Воронцов. Перезагрузка. Книга 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Привык уже, что встречает меня, суетится у печи, рассказывает, как день прошёл.
Разулся, присел на лавку. Прислушался — вроде шаги на крыльце. Дверь скрипнула, и она появилась на пороге — румяная, с выбившимися из-под платка прядями. Улыбается.
— Егорушка! А я думала, ты ещё не вернулся.
Подошла, обняла, я прижал её крепко и стало так тепло и уютно.
— Заждался? — шепнула, поднимая ко мне лицо.
— Есть маленько, — усмехнулся я, целуя её в висок. — Как там переезд родителей? Довольны?
Машка отстранилась, глаза сияют:
— Еще как, Егорушка! Спасибо тебе большое.
— Да будет тебе, солнце, — погладил её по голове. — Твои родители заслужили добрую избу.
Машка принялась хлопотать у стола, выставляя миски с едой. Я смотрел на её ловкие движения и думал о делах насущных.
— Слушай, — начал я, присаживаясь к столу, — решил отправить Фому в город.
— Что-то случилось? — Машка замерла с ковшом в руке.
— Нет, просто нужно кое-что прикупить: семена репы, пилы, чтоб был запас. Зима не за горами, работы прибавится.
— Это верно, — кивнула Машка, ставя передо мной миску с похлёбкой. — А что ещё?
— Да и по мелочи, чтоб докупил еще зерна, мёда да побольше. С мёдом зиму веселее коротать, да и от хворей помогает.
Машка присела напротив, подперев щёку рукой:
— А хорошо бы ещё и свинью какую раздобыть. Сала бы натопили, окороков навялили…"
"Я даже ложку отложил от удивления:
— Ты мои мысли читаешь что ли? Я как раз хотел предложить, чтоб купил свинью на убой.
— И хозяйки обрадуются, — подхватила Машка.
— Да и шашлычка, честно говоря, хочется, — признался я, причмокнув. — С лучком, да с перчиком…
Машка рассмеялась:
— Вот ведь! О деле говорим, а у тебя всё о желудке думы.
На следующее утро во дворе было шумно. Фома проверял упряжь, Захар укладывал в телеги доски, молодой служивый — Никифор — суетился рядом, стараясь помогать старшим.
— Ты гляди, доски не попорти, — наставлял я, обходя телеги. — Сложи так, чтоб в дороге не растрясло.
— Не переживайте, Егор Андреевич, — отозвался Захар, ловко укладывая очередную доску. — Довезём в целости.
В итоге загрузили две телеги досками, Захар поедет с молодым служивым вместе с Фомой.
