Егору Воронцову предстоит сделать судьбоносный выбор. Раскрыть свои истинные возможности или остаться в тени? Каждое решение влечет неизбежные последствия. В пятой книге цикла главный герой стоит на перепутье, где одна ошибка может изменить всё.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Воронцов. Перезагрузка. Книга 5»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Егору Воронцову предстоит сделать судьбоносный выбор. Раскрыть свои истинные возможности или остаться в тени? Каждое решение влечет неизбежные последствия. В пятой книге цикла главный герой стоит на перепутье, где одна ошибка может изменить всё.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Егору Воронцову предстоит сделать судьбоносный выбор. Раскрыть свои истинные возможности или остаться в тени? Каждое решение влечет неизбежные последствия. В пятой книге цикла главный герой стоит на перепутье, где одна ошибка может изменить всё.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Воронцов. Перезагрузка. Книга 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Голос его звучал ровно, но в интонациях угадывалась какая-то особая тяжесть, будто каждое слово давалось ему с трудом.
— Был у Петра советчик один, — начал он, медленно поворачивая в руках старинную медную монету. — Странный человек, умный не по-нашему. Появился как-то внезапно, в самый разгар петровских преобразований. Никто толком не знал, откуда он взялся — то ли из Немецкой слободы, то ли из каких далеких краев пришел. Говорил на многих языках, разбирался в науках, каких у нас и не слыхивали. Математика у него в голове была как у дьявола, а в механике разумел так, что местные мастера только диву давались.
Он замолчал на мгновение, словно прислушиваясь к чему-то, потом продолжил:"
"— Это он подсказал царю многое по печатному делу — как шрифты лить, как краски готовить, чтобы буквы четкие получались. В пушечном литье тоже руку приложил: научил сплавы особые делать, от которых пушки не трескались даже в лютый мороз. А уж в корабельном строении и вовсе мастером оказался — чертежи рисовал такие, что корабелы ахали. Суда по его проектам строили быстрее и крепче голландских.
Царь его в советники взял, в почете держал. Палаты ему отвел, жалованье щедрое назначил, к столу приглашал. Петр тогда всех умных людей к себе тянул, неважно какого они роду-племени. А этот советчик словно знал наперед, что и как делать надо. Предвидел, какие трудности возникнут, какие решения принести пользу могут.
Но самое интересное началось потом. Когда первая газета «Ведомости» пошла в народ, этот советчик и за перо взялся. Не сам, конечно, — через доверенных людей действовал. Поначалу обычные статейки писал: про победы российского оружия, про новые заводы, про диковинки заморские. Читатели привыкли, газету ждали.
А потом он через нее и начал свои идеи травить. Не бунтовать прямо, нет — он тоньше действовал. Стал писать про то, что власть от народа исходит, что все люди от природы равны, и что царь-де не помазанник божий, а первый среди равных. Слова умные, для тогдашнего русского уха — крамола чистой воды.
Начинал осторожно, исподволь. То намекнет на европейские порядки, где короли перед парламентами отчитываются. То притчу какую расскажет про мудрого правителя, который у народа совета спрашивал. То философию древних греков помянет — мол, они демократию придумали, и ничего, процветали.
Народ, особенно в городах, заволновался. Сперва тихо, в кругу близких людей. Потом громче. Зазвучали разговоры, что, мол, непорядок у нас — один человек за всех решает, а мы как бессловесные. Купцы в лавках спорили, ремесленники в мастерских переговаривались. Дошло до того, что в Петербурге листовки появились.
Царь сначала не понял, откуда ветер дует. Думал — европейское влияние, вольнодумство заморское. Сыщиков разослал, доносы читал.
