В холодное начало сентября деревья покрылись желтыми и красными листьями, словно одетые в праздничные костюмы. Ветки берёз выглядели как дамы в шикарных золотых платьях, осины горели алым светом, а клёны были украшены багряными звездочками на фоне мягкой росы. Такая необыкновенная картина наполняла воздух ощущением загадочности и красоты природы....
Похоже, «Воронцов. Перезагрузка. Книга 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Костёр-то жгли всю ночь, — вставил Семён, — иначе бы замёрзли насмерть. Морозец-то кусачий!
— Но вот с утра прям эти серые злодеи привязались, — продолжил Фома, качая головой, — и так и шли по пятам. Боязно было. Подгоняли лошадь, как могли…
Он указал на телеги, которые скрипели и покачивались на ухабах:
— А телеги-то битком набиты. Еле тащили.
Фома начал объяснять, разводя руками и рисуя в воздухе размеры привезённого:
— Помимо этого вашего… пневмо…
— Пневмодвигателя, — помог я.
— Да, его, пневмодвигателя, — он медленно произнёс незнакомое слово с особой гордостью, словно демонстрируя своё знание сложных терминов, — там под рогожей четыре разделанных туши свиных, да ещё мешок муки взял, да бочонок мёда…
А Захар, улыбаясь хитрой улыбкой, которая преобразила его обычно суровое лицо, добавил:
— Ну и пару бочонков пива…
Он подмигнул, и морщинки в уголках его глаз собрались лучиками.
Я хмыкнул, качая головой:
— Ну ты, Фома, хоть бы лошадей пожалел! Еле тащили, наверное?
Фома тут же выпрямился в седле, словно его обвинили в чём-то непростительном:
— Тащили же, Егор Андреевич, нормально, — буркнул он.
Снег поскрипывал под копытами лошадей и полозьями саней, а воздух был настолько чистым и прозрачным, что, казалось, можно было разглядеть каждую ветку на деревьях вдалеке.
Когда мы уже спрыгнули с коней у моего дома, я сказал Степану:
— Разгружайте. С устройством аккуратнее, его сразу в ангар, — сказал я, указывая на укрытый рогожей предмет в телеге.
Степан кивнул:
— Сделаем, Егор Андреевич.
Затем я обратился к остальным:
— А ты, Фома, с Савелием Кузьмичом шуруйте, перекусите с дороги да в баню.
Я махнул рукой в сторону деревенской бани, откуда уже поднимался дымок:
— Илюха уже топит. Чтоб отдохнули с дороги нормально.
Лицо Фомы просветлело при упоминании бани и еды:
— Благодарствуем, Егор Андреевич!"
"— Да, пивка возьмите, — добавил я, вспоминая о привезённых бочонках. — Стресс после волков снять.
— Волки? — переспросил Степан, который, видимо, только сейчас заметил туши, привязанные к задней части телеги.
Захар с Фомой уже начали наперебой рассказывать, размахивая руками и перебивая друг друга:
— Там полсотни волков было! — утверждал Фома, а глаза его становились всё шире с каждым словом. — Матёрые все, как один! Клыки — во! — он показал размер клыков, разведя большой и указательный пальцы на добрую ладонь.
