В холодное начало сентября деревья покрылись желтыми и красными листьями, словно одетые в праздничные костюмы. Ветки берёз выглядели как дамы в шикарных золотых платьях, осины горели алым светом, а клёны были украшены багряными звездочками на фоне мягкой росы. Такая необыкновенная картина наполняла воздух ощущением загадочности и красоты природы....
Похоже, «Воронцов. Перезагрузка. Книга 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Тут же, чуть дальше стояло само колесо. Правда, без лопастей — они рядышком были сложены в аккуратную стопочку у стены. Каждая лопасть — широкая доска из лиственницы, обработанная смолой и маслом для защиты от гниения.
— Вот, — показал я ему на колесо, на лопасти. — Это и есть сердце всей лесопилки.
Даже в неполном виде колесо впечатляло своими размерами.
Савелий Кузьмич обошёл его, словно совершая некий ритуал, несколько раз. Его шаги эхом потерялись между рядов досок. Он осмотрел колесо со всех сторон, потрогал обод, проверяя его на прочность, погладил.
Ричард стоял чуть поодаль, боясь нарушить эту почти священную церемонию изучения. Его глаза тоже блестели от интереса, но он сдерживал свои вопросы, уважая момент.
Наконец кузнец выпрямился, аж хекнул от переполнявших его эмоций и сказал:
— Ну, в общем-то, понятно, — в его голосе звучало уважение и даже некоторая зависть мастера к хорошо сделанной работе.
Потом он снова перевёл взгляд на аккуратно сложенные доски. Их было множество — свежераспиленные, с янтарными капельками смолы. Доски были разложены по толщине и длине: массивные, подходящие для стропил и балок, тонкие — для обшивки и внутренней отделки, и отдельно горбыль — для настилов и полов.
— Это ещё до ледостава сделали? — спросил Савелий Кузьмич, проводя рукой по гладкой поверхности одной из досок.
— Да, так и есть, — кивнул я. — Сейчас же колесо сняли, вот работа прекратилась.
Я указал рукой в сторону реки, где под толщей прозрачного льда угадывалось течение.
— Но с помощью пневмодвигателя, который ты помог сделать, сможем хоть сейчас снова запустить процесс распилки, — продолжил я. — Но пока, думаю, и этих хватит досок, а там дальше видно будет.
Кузнец при упоминании о пневмодвигателе аж встрепенулся, словно его кольнули шилом.
— Егор Андреевич, так давайте уже! — в его голосе слышалось плохо скрываемое возбуждение. — Покажете, что из этого пневма… пневмодвигателя получится у вас?
Он немного запнулся на непривычном слове, но это не умаляло его энтузиазма.
Я улыбнулся, глядя на его нетерпение.
— Успеется, — сказал я, похлопав его по плечу.
