В холодное начало сентября деревья покрылись желтыми и красными листьями, словно одетые в праздничные костюмы. Ветки берёз выглядели как дамы в шикарных золотых платьях, осины горели алым светом, а клёны были украшены багряными звездочками на фоне мягкой росы. Такая необыкновенная картина наполняла воздух ощущением загадочности и красоты природы.
Похоже, «Воронцов. Перезагрузка. Книга 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Долговязый усмехнулся, и эта усмешка преобразила его лицо, сделав его почти человечным. Он провёл рукой по волосам, зачёсывая их назад, и в этом жесте было что-то театральное.
— И отсюда вы знаете о хронологии правителей России? — продолжил я, не дожидаясь ответа на первый вопрос.
— Да, конечно, — он наклонился вперёд, и его голос стал тише, словно он делился тайной. — Были и сговорчивые, были те, кто делился технологиями. Разные были…
Он замолчал, и в этой паузе мне почудилось что-то недосказанное, какая-то тёмная история, которую он предпочёл оставить за кадром.
Я же стал размышлять вслух, намеренно делая это так, чтобы они приобщились к моим размышлениям:
— Вы же понимаете, что подобные случаи — я имею в виду попаданцев — проходят и в других странах.
Иван Дмитриевич, до этого молчавший, подался вперёд, его глаза внезапно загорелись интересом.
— Возьмите, допустим, ту же Великобританию, — продолжил я, наблюдая за реакцией обоих собеседников. — Там англосаксы колебаться не будут. В двадцать первом веке, возможно, стали бы, а вот в девятнадцатом точно нет. Не та психоматрица.
Долговязый при слове «психоматрица» слегка наклонил голову, как делают птицы, когда встречаются с чем-то необычным. Его тонкие пальцы снова начали выбивать ритм.
— А проверить это очень даже можно, — сказал я, чувствуя, как затягиваю их в свою логику. — Есть там попаданец, а возможно, и не один, или нету — это же очень просто.
Я встал и прошёлся по комнате, половицы тихонько поскрипывали под моими шагами.
— Нужно провести анализ всех реактивных взлётов в области машиностроения, точнее, станкостроения, химии, огнестрелов, — я загибал пальцы, перечисляя области. — Пусть ваши спецслужбы это проверят.
Долговязый следил за мной взглядом, не поворачивая головы, только глаза его двигались, как у хищника, который не упускает из виду потенциальную добычу.
— Да, я уже уверен, что проверили, — продолжил я, останавливаясь у окна и глядя на улицу, где сновали прохожие, занятые своими делами, не подозревающие, какие разговоры ведутся за этими стенами. — И есть неутешительные предположения, откуда ноги растут.
Я обернулся к своим собеседникам. Они сидели неподвижно, как две статуи."
"— А вы представьте, если в Великобритании окажется физик-ядерщик, да ещё и джингоист, — произнёс я, наблюдая, как меняются их лица при неизвестном слове.
— Кто это? — прервал меня Иван Дмитриевич, впервые за долгое время подав голос.
Я глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.
