В серых закоулках Миргородского княжества, где дремлют тайны прошлого и мечты будущего, Драгомир, волхв земли, обнаруживает, что его главный объект желаний — Ярослава-воительница — исчезла без следа. Что это значит для вершины власти? В этом подземном лабиринте смертельной борьбы и любви, Драгомир станет свидетелем неожиданных встреч и шокирующих открытий....
— Тогда что за угрюмость на лице?
— Скорее — любопытство. Хочется побыстрее узнать, кто она и как здесь оказалось.
— Потерпи до завтра. Расспрошу утром или уже с тобой, после занятий.
— Присмотри за ней, Драг. У меня нехорошее предчувствие. И мне кажется — что и у тебя тоже.
— Тогда ты понимаешь, как тяготит меня данное слово.
— Я волнуюсь за девочку. А не за то, что она может сделать. Не чувствую я в ней опасности.
— Ты просто не встречалась с огневками, Яра. Иначе бы так не рассуждала. Езжай. Я присмотрю за ней.
Успокоив Ярославу, волхв вернулся в дом. Поужинал, пролистал несколько старинных фолиантов про былые битвы с владычицами огня. Экскурс в историю был, конечно, интересен, но ничего нового он не узнал. Так и не приняв никакого решения, плюнул на все. Наскоро ополоснувшись в бане, пошел спать. Утро вечера мудренее.
Глава 6
Спорность этого утверждения Драгомир понял этим самым утром. Потому, что его разбудил звонкий женский визг. Морщась от резкого, похожего на противный будильник звука, он нехотя открыл глаза.
— Пошел вон, извращенец!
Это — кому? Ему⁈ От изумления сонные глаза распахнулись, как двойного эспрессо.
— Чего⁇
— Пошел вон из моей кровати! — надвинув одеяло по самый нос, источник посторонних звуков попыталась от него отползти и живописно шлепнулась на пол. Вставать было лень, но грех пропустить такое зрелище. Когда за его прерванный сон прилетело мгновенное и живописное возмездие. Не скрывая насмешки, Драгомир свесился с ее стороны постели, наслаждаясь инсталляцией на полу.
— Вообще-то — это моя кровать. И я не ору как резанный, потому что в ней посторонние. Хотя привык спать один.
— Вы…! Знаете что!"
"Комок одеяла с желтыми гневными глазами забарахтался, но запутался еще больше. Горестно вздохнув, Драгомир спустил ноги, встал во весь рост, одновременно подняв источник своего раздражения, как котенка за шиворот.
— Это мой дом, моя кровать и мои правила. Первое правило — не ори.
Кулек одеяла обиженно засопел. Но промолчал.
— Уже прогресс. Сейчас я умоюсь, приготовлю завтрак, и мы поговорим.
— Угу.
Драгомир был настолько раздражен, что вышел из дома в чем был — в одних черных боксерах. Впрочем, утренняя свежесть только взбодрила. Как и холодная вода в бане, когда он, с резким выдохом опрокинул на себя жбан воды. Эх, хор-рошо! В мозгах прояснилось, даже злость немного улеглась. Слегка промокнув себя полотенцем, вернулся в дом и застал приплясывающий у двери кулек с одеялом.
