В серых закоулках Миргородского княжества, где дремлют тайны прошлого и мечты будущего, Драгомир, волхв земли, обнаруживает, что его главный объект желаний — Ярослава-воительница — исчезла без следа. Что это значит для вершины власти? В этом подземном лабиринте смертельной борьбы и любви, Драгомир станет свидетелем неожиданных встреч и шокирующих открытий....
— Если можно, — покраснела девушка.
— Только тебе нужно в первую очередь поговорить с Драгомиром. У волхвов могут быть особенности из-за наличия силы.
— Поговорить с ним? Как я могу⁈ Мне же неловко такое обсуждать.
— Уверяю тебя: с мужем можно обсуждать все. А Драг старше и опытнее, он подскажет, что и как лучше сделать. Или ты думаешь, он будет принуждать к чему бы то ни было?
— Нет.
— Тогда ничего не бойся. Подходи и спрашивай. Если ты пока не готова к детям — это нормально. Обсуди это с мужем. Тем более, вопрос касается вас обоих.
— Да, — без колебаний ответила Лера
— Тогда тем более тебе нечего бояться.
— Для меня, как оказалось, говорить тяжелее, чем остановить пожар, — насупилась Лера.
— Не мучайся подбором слов. Просто начни говорить и дальше само вывезет. Ближе чем Драгомир, у тебя все равно никого нет и уже не будет.
Весь вечер Лера боролась со смущением и необходимостью заговорить. Решилась только, когда засыпала у мужа на плече.
— Драг! — тихонько позвала.
— М-м-м? — пророкотал он, не открывая глаз. Она с удовольствием потерлась щекой о его плечо. Этот идущий из глубины низкий вибрирующий звук с недавних пор стал ее личным фетишем.
— Мне Яра сказала с тобой посоветоваться.
— И?
— Что «и»?
— Советуйся. Я весь внимание.
— Это про… контрацепцию.
— Вот как? — он с интересом повернул голову и прижал к себе жену чуть крепче. Чувствовал, что смущается, но решил не мешать выговориться. Краснея и запинаясь, она продолжила.
— Я хотела узнать, как тут с этим. И Яра сказала про какие-то настои Мары. И что у волхвов могут быть каки-то особенности…
— Они есть. Нежеланные дети нам не грозят, — спокойно подтвердил он.
— Это как?
— Ничего экстраординарного. Я просто могу регулировать жизнеспособность своего семени. Правда есть одно «но»…
— Какое? — насторожилась Лера.
— Ничего особенного, — он устал говорить с макушкой и перетащил жену на себя, чтобы видеть ее глаза. Девушка доверчиво распласталась на нем медузой, положив подбородок на сложенные ладони.
— В тот наш первый раз события происходили настолько стремительно, что я, единственный раз в жизни, не принял нужные меры.
— И? Подожди, ты что, хочешь сказать, что я уж… — Лера попыталась распрямиться, но молниеносным движением он перевернулся, подмяв ее под себя. Руки, которыми она пыталась сопротивляться, он поднял и зажал над ее головой, — это нечестно! Как ты мог? — отчаянно выкрикнула она.
