Мы уже подъезжали к городу. Остановившись у супермаркета, быстро обошел машину, открыл перед Анютой дверь. Она удивленно посмотрела на меня. Без слов взял ее ветровку с заднего сиденья. Посмотрела на ее декольте.
— Надень, — строго сказал я, наткнувшись на дерзкий взгляд, уже мягче добавил. — Пожалуйста.
— Глупый ты, — сказала она. Я помог надеть ей ветровку. Она, повернувшись ко мне лицом, улыбалась. Я вздохнул. Ну да, и глупый, и дурак, и идиот! Руки сами потянулись к пуговицам. Начал осторожно застегивать одну за другой.
Аня внимательно наблюдала за моими действиями.
— Ты тоже! — безапелляционно сказала она, ткнув пальцем в мою футболку. Я посмотрел на свою одежду.
— Что такое? — удивился я.
— Тоже одевайся! Меня значит, нарядил в куртку, все пуговицы наглухо застегнул, а сам так собрался идти? — возмутилась она.
— Ань, да кому я нужен? — проворчал я, послушно взяв с заднего сиденья свою флиску.
— Ага, девки вон твою мускулатуру взглядом так и едят, слюнями всю парковку закапали, — проворчала Аня.
Я привлек Аню к себе, вдыхая аромат ее волос. Вот кто из нас глупый?? Нужны мне какие-то посторонние 'девки'?
— Пойдем уже, твой мужчина кушать хочет, — проворчал я, продолжая держать ее в объятиях.
— Пойдем, — отозвалась она. Я поцеловал ее в макушку, с трудом разжав руки, взял ее ладошку в свою. Переплел пальцы. Мгновение полюбовался, как они идеально подходят друг другу. Потянул Аню ко входу в супермаркет.
Через два часа мы уже разбирали продукты на моей кухне, предварительно несколько минут поспорив, на чьей кухне будем готовить. После моего заявления, что посуду буду мыть только на своей территории, Анютка согласилась пойти ко мне.
Разложив продукты по полкам, я включил чайник. Аня, надев фартук и вымыв руки, приступила к готовке. Я занял свое излюбленное место, с которого отлично просматривалось каждое ее движение.
— Помочь? — спросил я, наливая чай.
— Неа, — улыбнулась она, — я сама быстрее справлюсь. Ты меня лучше развлекай.
— О, это мы могём, это мы запросто, — заулыбался я в ответ. Подойдя к Анютке, оперся руками по обе стороны от нее, привычно положив подбородок на ее плечо.
— Так ты совсем не помогаешь, — упрекнула она меня.
— Да! — ответила она.
Я, хмыкнув, положил руки на ее талию.
— А так? — совершенно серьезно полюбопытствовал я.
— Так еще хуже, — ответила она, осторожно положив нож на стол. Немного повернув лицо, вдохнул ее запах. Такой пьянящий, женственный, неповторимый, родной.