Теперь предстояло решить, что сказать друзьям, а главное Седому. Скрыть, что Алиса жива? Одно знал точно, ее жизнь ставить под удар я не намерен.
Парни ждали меня, стоя и тихонько переговариваясь друг с другом. Палыч сидел на диване, спрятав в ладони лицо.
— Рус, позвони Тимуру, — коротко попросил я, — И нужно прибраться в багажнике, выбросить лишний мусор.
Руслан кивнул, внимательно наблюдая за мной. Злости во мне уже не было, только решимость. Увидел, как друг жестикулирует мне.
'Все нормально?' — спросил он. Я вздохнул. Со стороны я и вправду кажусь психом? В ответ только кивнул.
Через три минуты мы уже неслись по дороге за город. Медведь мчался следом за нами. Машина Седого осталась на стоянке. За руль в таком состоянии ему было нельзя. Разобьется еще. А мне потом с Лисенком объясняться, почему отца не уберег.
— Я так и не успел сказать ей, — горько прошептал Седой с заднего сиденья, — как последний трус боялся признаться, что я ее отец.
— Она знала, — тихо ответил я, — услышала, наш телефонный разговор. И мне кажется, она даже обрадовалась. Ей стало понятно, почему вы ее любите больше чем Пумановский.
— Спасибо, — только и ответил Седой. И через минуту добавил, — Спасибо за то, что защищал ее. Она ведь тебе совершенно чужая, — и через секунду добавил, — была…
Я посмотрел в окно. Дома сменились лесами. Не сказав ни слова, свернул на обочину, проехав до ближайшего лесочка, остановился. Вышел из машины, вздохнул полной грудью свежий воздух. Подошел к багажнику. Открыв крышку, схватил истекающего кровью парня за одежду. Вытряхнул его на землю. Нож все еще был в ране. Это хорошо, меньше крови потерял, дольше проживет. Учитывая то, что все время, что мы были в клинике, он лежал и истекал кровью, ему осталось пару часов. Выдернув нож, стер кровь с лезвия.
— У тебя есть два, два с половиной часа, — четко выговаривая каждое слово, сказал я, — Не хочешь подохнуть, как собака, скажешь, кто тебя послал. Будешь молчать, брошу тебя здесь.
— Да пошел ты, — прохрипел гопник в ответ.
— Не страшно подыхать? — насмешливо спросил я. Парень встал на колени, сплевывая кровь, — Много заплатили?
— Не твое дело, — сказал парень.
Я вздохнул, стараясь успокоится. Вынув нож, метнул в ногу гопнику. Подойдя ближе, провернул его и вытащил. Парень истошно закричал. Даа, приятного мало.
— Бугаёв, — прохрипел он. Вот оно как?
— Ну что ж, живи пока, — паренек обрадовано улыбнулся. Я посмотрел на свою ладонь, запачканную в крови. Уже собираясь уйти, обернулся к гопнику, — Зачем ты ее пырнул? Тоже приказали?
— Почти. Сказали припугнуть, она сама дернулась, — оправдываясь, ответил парень.
Отойдя от парня, не глядя, метнул нож. Звук рассекающего воздух металла — последнее, что он услышит.
— Я передумал, — прошептал я.