Хотя сам сильно нервничал за Лисенка, ведь все равно будет переживать, и расстроиться по поводу смерти этого поддонка, называвшего себя ее отцом.
Седой кивнув, вышел из машины. В клинике я отыскал Марка, подробней узнав о состоянии Алисы, попросил проводить нас к ней.
Марк вопросительно посмотрел на меня, кивнул в сторону Седого.
— Все в порядке, — сказал я, улыбаясь. Вот же тоже шпион!
— Первым зайдешь? — спросил меня Седой дрогнувшим голосом.
— Нет, либо сами идите, либо вместе, вам нужно поговорить. Обо всем, — с нажимом сказал я.
Мы вместе вошли в палату. Алиса лежала, глядя в окно. Увидев нас, она улыбнулась, пригладила волосы. Ее взгляд метался от моего лица к Седому.
— Привет, — тихо сказала она.
— Здравствуй, — сказал я, подходя ближе и присаживаясь на край ее кровати. Седой сел на стул, стоящий рядом.
— Алиса, я… — начал он, но сбился. Посмотрел на меня, ища поддержки.
— Лисенок, — сказал я, она посмотрела на меня, — Слушай меня. Ты не волнуешься, ни о чем не переживаешь, поняла? Все в порядке. Просто послушай Пал Палыча.
— Алиса, — снова начал Палыч, — Понимаешь, Владимир — он…
— Я знаю, ты мой отец, — перебила его Алиса. Одну ее руку я спрятал в свои ладони. Другую она протянула Седому, ласково погладив его по щеке, положила на его сцепленные в замок пальцы, — И ты не поверишь, как я рада этому.
— Правда? — неуверенно спросил Седой.
— Да, я всегда мечтала, чтобы ты был моим папой. Ты всегда был рядом, а не Владимир. Ты меня всему научил, и как обращаться с ножами, и как постоять за себя. Даже играть в карты.
— О, если тебя учил Седой, я никогда не сяду играть с тобой, — сказал я, пытаясь разрядить обстановку.
— Это да, с ней лучше не играть, — сказал Седой, счастливо улыбаясь.
— А теперь, мальчики, когда мы все решили, колитесь, сколько трупов найдут сотрудники правоохранительных органов? — улыбаясь, спросила Алиса.
— Надеюсь, что ни одного, — проворчал я.
— Пап, Барсик там не сильно свирепствовал? — насмешливо спросила Алиса, лукаво глядя на меня.
— А я то что? Я ни при чем! — оправдался я, стараясь говорить убедительно.
— Нет, доченька, не сильно. Пару ребер, пару носов сломал, а так все в рамках приличия, — сказал Седой, — Алиса, тут еще такое дело. Понимаешь, твоя мама… Помнишь, я тебе о ней рассказывал?
— Помню, — грустно улыбнулась Алиса, — у меня столько вопросов о ней. Так много хочу о ней узнать.
Я, поцеловав маленькие пальчики Алисы, поднялся с кровати.
— Пал Палыч, я выйду на минутку, Вы тут пока сами, без меня.
Седой посмотрев на меня, согласно кивнул. Им нужно побыть вдвоем, а у меня есть парочка неотложных дел.
Вернулся к машине. Рус, ждавший нас, сидел и что-то печатал в ноутбуке.