Варяга круто подставили: мало того, что сдали ментам, так еще и отправили на самую суровую зону, издавна славящуюся жестоким режимом и беспределыциками, готовыми любого, да хоть самого смотрящего России, посадить на заточку. С врагами на воле разберутся друзья, а вот за колючкой Варягу придется разбираться самому. Он твердо знает: тюрьма для вора — родной дом, и Варяг добьется, чтобы в этом доме царил порядок. Он врагов не выбирает, он их уничтожает…...
Не обидно?
— Нет, — улыбнулся Кеша.
Штырь прожил в одной хате с Вороном четыре месяца, а потом его по этапу отправили в марийские леса. Но встреча с известным вором в законе не прошла для него бесследно, и от Ворона он успел перенять многое — умение завоевывать внимание братвы, неторопливость в суждениях. Штырь ловил себя на том, что порой сипел точно так же, как Ворон.
* * *— Я давно его не видел, хотелось бы встретиться, после того как откинусь… Передай ему об этом, — попросил Штырь.
— Передам, — отвечал Мулла.
— Где он сейчас?"
"— За бугром, — последовал короткий ответ. — Но я к тебе не за тем.
Заки Зайдулла вытащил клочок бумаги и протянул ее Штырю.
— Узнаешь, чей почерк?
Блатной лениво взял клочок бумаги, осмотрел его со всех сторон безо всякого интереса и вернул обратно.
— Узнаю… Ореха малява. Ну и что с того?
— А ты почитай! — мягко, но одновременно требовательно настоял Зайдулла.
Штырь, нахмурившись, стал читать. И чем дольше он вникал в текст, тем суровее становилось его лицо.
— Ну и дела, — понемногу трезвел Штырь. — Это что, на полном серьезе? Без базара?
— Мне что, перекреститься, что ли, чтобы ты поверил? — усмехнулся Мулла.
— Ну, бля буду, непонятки какие-то! — воскликнул Штырь. — Что делать-то теперь?
— Этой суке все равно не жить, — объявил Заки Зайдулла, забирая у Штыря клочок бумаги. — Вопрос решенный. Сам знаешь, тень упадет и на тех, кто с ним рядом был.
Штырь посуровел:
— Мулла, ты не играй втемную, к чему ты клонишь?
Заки Зайдулла аккуратно сложил маляву и положил ее в карман бушлата.
— Пригодится еще… Тебе, Штырь, здорово придется попотеть, чтобы отмыться. И то неизвестно, получится ли, потому что ты ближе всех к суке стоял… Извини, брат, тебя придется вызвать на толковище. А на нем, сам знаешь, крутануть бабочку не получится, фраеров там нема! — развел руками Мулла.
Штырь проглотил ком, внезапно набухший в горле.
— Что присоветуешь, Мулла?
— Тяжелое твое дело, паря, — честно признал Заки, — но выход есть!
— Говори!
— Ты можешь искупить вину… Если заткнешь этого ссученного! Это не моя воля, так решили блатари!
— Хорошо, сделаю, — не сразу согласился Штырь.
— Ничего, придется поднапрячься, — невесело подбодрил его Мулла, поднимаясь. — Пойду, у меня тут дела еще кое-какие имеются.
Повернувшись к двери, Штырь прислушался, что происходит в парной. Ударов веника уже было не слыхать, зато раздавалось отчетливое покрякивание.
