Ведьму его зарубит, но перед тем заставит перед ним на коленях стоять, умолять, чтобы он её отпустил, а уж с этим он-то справится. Тело тут же откликнулось на горячие мысли о пригожей девке, заныло внизу истомой сладкой. Наместник даже застонал, будто уже чуял, как девка на уд его попала.
Тряхнул головой, наваждение прогоняя, о том после думать станет, сейчас дойти надобно, а не о чреслах думать. Успокоив жар в крови, снова вперёд пошёл. Всё о мече думал, с ним он будет равен богам, считай, сможет всю Русь под своё копьё поставить, даже Киев ему служить станет, да что Киев, сам царь Византийский на поклон явится.
Мысли в его голове были тщеславные, горделивые. В какой-то момент он даже размечтался, как станет сама Мара его наложницей. Мысли о том, как удовлетворит он свою страсть на ложе с богиней, заставили его, как юнца, в штаны излиться, горячая, текущая по ноге жидкость вызвала стон сладострастия. Народит ему Мара сыновей крепких, семени в нём вон сколько.
Мара, наблюдавшая за ним в чаше, брезгливо скривилась: все порты попачкал и ещё и доволен тем, а уж мысли о ней как о девке сенной и вовсе её озлобили. Ишь чего удумал, чтоб она перед ним на карачках стояла, покорно принимая его, как кобыла какая, да не бывать тому, — она со злобы ударила кулаком по столу. Решила проучить зарвавшегося человечка.
В стороне треск раздался, будто ломится кто к нему через кусты. Сердце наместника в пятки ушло, когда на прогалок перед ним вывалился упырь, здоровый, серая кожа в свете луны ещё бледнее кажется, глаза тёмными провалами на него смотрят.
Заурчал, кинулся прямо на Гостомысла.
Побежал тот, куда глаза глядят. Хорошо, что глядели они у него прямо. А не то слухи о том, что люди по лесу кругами ходят и поэтому выбраться не могут, стали бы правдой, — он и сам недавно, считай, заплутал и снова бы попался.
Внезапно в кустах глаза загорелись, да близко так, что почуялось Гостомыслу зловонное дыхание из пасти.
Попятился он назад, страх ноги сковал его, повалился наземь, в траве запутавшись, отползает назад, а упырь всё ближе подбирается. Повезло ему, что в этот момент на него упырь бросился да мимо пролетел.
Лишь лоб когтями оцарапал, полилась кровь алая, глаза заливать стала. Вскочил наместник, вперёд снова бросился, вскоре за корягу зацепился да кубарем вперёд полетел. А тварь будто того и ждала, могучим прыжком к нему сиганула.
