В заснеженных лесах изба выглядит особенно заброшенной. Сырая грязная тряпка на воротах словно приглашает исследовать, что за таинственность скрывается внутри. Вдруг кто-то кричит — «Нижніть!» — и из темного проёма выбегают злобные упырьта. Жизнища бросает тряпку в бездну, но та сама разлетается на мелкие ошметки под ноги Тышка, пропавшего в мерзкой луже....
Похоже, «Ворожея: Лёд и Пламень» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Скинув рубаху, Вила легла на землю и стала по ней кататься, приговаривая слова обрядовой песни:
«Отец наш Род,
Землю разбуди,
Семена прими,
Урожай роди».
Она знала, что, глядя на тело женщины, Род окропит семенем своим землю, в которую она после обряда посеет семена, и урожай будет хорошим.
Ведьма каталась по земле, приговаривая слова заговора, пока не почувствовала, что земля готова принять семена. Этот обряд проводился каждый год в каждом селе и деревне. Он был призван обеспечить хороший урожай и плодородие земли.
Посеяв семена, девушка оделась и отправилась в дом. Там уже вкусно пахло пирогами с капустой и зайчатиной. Тишка ещё вчера поймал беляка и принёс им. Он частенько угощал дичью ягинь, которые, в свою очередь, привечали уже изрядно подросшего упыря. Вилька так и вовсе его кем-то вроде брата считала.
Несмотря на славу кровожадных тварей, Тишка был спокойным. На людей не кидался, ловил дичь по лесам. А ещё мог и подсобить чем. Ясиня говорила внучке, что из-за чего-то в нём осталось духа человеческого малая толика, когда другие, становясь упырями, облик людской теряли вовсе и лишь крови жаждали. От того, видать, родичи Тишку и не жаловали, не видели в нём своего. Люди тоже принимать этого недоупыря не желали, так и прибился он к ведьме, что жила на болоте.
После смерти Ясини Тишка и вовсе поселился в избе, жил в клети, где раньше ютилась Вилька. В отличие от бабки она была добрее, но к людям, как и Ясиня, не ходила, считала, что незачем. Отвары да мази в деревни по-прежнему носил Прошка, принося взамен молоко с мясом, иногда творог и масло. Вот и назавтра нужно было отнести Гориславе настойку мухоморовую, что вылакали эти две бессовестные рожи. Вздохнув, Вила налила в бутыль нового зелья и прибрала в корзину.
Закончив приготовления, ягиня распустила волосы и села на постель. Сон никак не шел. Она вспоминала рассказы бабки о том, как та князя Светозара спасла и чем тот ей отплатил. И все больше убеждалась, что жить среди людей ей не хочется. Лживые они, не умеют ценить добро, им сделанное.
Ясиня сына его спасла, а что в ответ? Была изгнана жить на болотах.
